Гуня судорожно сглотнул и закивал.

— Вот и отлично. Вопрос первый — сколько людей осталось у вашего пахана? — Я показал Гуне пистолетик и прицелился ему в пах. Тот заерзал вжимаясь в стенку оврага и заговорил торопясь и захлебывясь:

— Кроме нас с Бобырем еще трое, но они уехали куда-то.

— Как их зовут?

— Кого?

— Тех кто уехал.

— Филин, Хрипатый и Кила. — Вон как. Ну эти уже не вернутся.

— В доме у Голована есть еще кто нибудь?

— Сейчас никого нету. Раньше вон Бобырь там печку топил и за порядком следил.

— Усатый он с вами или нет?

— Нет не с нами. Сом у Ювелира служит.

— Сом? А почему Сом? Из за усов что-ли? — Полюбопытствовал я.

— Сомов его зовут.

— И чего тогда этот Сом за вами побежал?

— Ну так Ювелир его послал.

— Ага! Ювелир значит. Выходит в деле Ювелир. Небось боится, что вы его долю зажилите. Ладно посиди пока тут. Митька, покарауль этого, а я Сома за усы потягаю.

— Ну что «Сом с большим усом»? Очухался? Вижу — очухался! Тогда на коленки становись и снова задницу на ножки пристраивай. Давай-давай не стесняйся, здесь все свои. — Сказал я, поигрывая пистолетиком. Усач неуклюже заворочался устраиваясь. Дождавшись когда он примет надлежащую позу, подошел поближе и стал молча его рассматривать, стараясь сообразить, что мне все таки делать с этими «работниками ножа и топора». То что Гуню с Бобырем придется валить было уже ясно, но вот с этим-то что делать?

Усатый видимо что-то почуял и открыл было рот, но тут послышался какой-то вскрик и звук удара. Быстро обернушись я увидел, что тощий бандит лежит на земле, а Митька охаживает его моей тросточкой.

— Что там у тебя? — Спросил я у Митьки и взглянув на дернувшегося усача погрозил тому пистолетиком.

— Да этот варнак одежку как-то сбросил, да на меня кинулся. Пришлось его стукнуть.