Сначала стюардесса проносит поднос со «Взлётной» карамелью и я беру целую горсть для себя и Лиды. А потом, чуть позже, появляется знаменитая синеватая ножка цыплёнка с рисом, и даёт новый импульс моим ностальгическим воспоминаниям. Выглядит может и не очень, зато на вкус просто чудесно. Совсем как тогда. То есть сейчас.

Коричневые мисочки из пластика, металлические приборы, а эта восхитительная плоская кружечка для чая. Да… Лидке не понять. Она летит первый раз и немного нервничает. Третьего пассажира у нас нет и поэтому мы чувствуем себя вольготно на первом ряду, где места предоставляются, как правило, по брони.

Насладившись воспоминаниями, принявшими конкретные формы и вкусы, я откидываюсь в кресле и проваливаюсь в сон, на удивление глубокий и безмятежный.

На выходе нас встречает человек в штатском. Он подходит к нам прямой наводкой. В принципе, зелёного юнца и девушку-лейтенанта в толпе сложно не заметить. Багажа у нас нет, только ручная кладь, поэтому мы следуем прямёхонько на выход. На стоянку идти не нужно. Машина стоит прямо у выхода, на первой линии. Разумеется, «Волга», на этот раз белая.

Наш встречающий немногословен. Он садится за руль и без лишних слов жмёт на газ. Большой, огромный аэропорт словно вырастает из моих воспоминаний, и на сердце делается тепло, будто увидел старого друга.

Множество машин, автобусы, толпы прибывающих и убывающих пассажиров — смотрю в окно, наслаждаясь ожившими картинками прошлого.

Дорога из Внуково знакома и незнакома. Сколько раз я по ней мотался туда и обратно, но так, как сейчас уже и не вспомню, когда. Машины есть, машин много, но пробок нет. А счастье, соответственно, есть. Мы доезжаем до Лубянки минут за сорок пять. Всю дорогу наслаждаюсь прекрасным зрелищем, по названию Москва.

Да, она выглядит более сдержанно, без рекламы, вывесок и показной роскоши витрин, но в таком виде она мне кажется по-настоящему живой, юной и естественной, как Ира Новицкая без косметики. А вот и «Детский мир», и Железный Феликс тоже здесь. Ворота, КПП, проверка документов и длинный коридор.

Наш встречающий-сопровождающий ведёт нас по лестницам, этажам и тёмным ходам и, наконец, заводит в небольшой кабинет с портретом Дзержинского на стене. За столом сидит человек в штатском. На вид ему лет сорок пять, и он напоминает мне киношного мафиози. Элегантный костюм, очки в модной оправе, смеющиеся глаза, уверенность и очень жёсткая улыбка, не оставляющая ни малейших сомнений в железной хватке её обладателя.

— Товарищ подполковник, — начинает наш конвоир, но хозяин кабинета машет рукой, останавливая его.