Возвращаемся наконец-то в Оссонобу — и это же курам на смех, кто понимает! Не я Софонибе свежие новости от Икера и его супружницы рассказываю, а она — мне. Ей своевременно передают, от силы на день позже, чем передали бы через меня, так что она в курсе мадагаскарских событий, а я отстал от жизни на месяцы, и теперь она просвещает о нашем с ней отпрыске чуть ли не на другом конце шарика меня. Парень — молодец, за пять лет хорошо там развернулся, и бизнес буржуинский там расширяя, и колонию тамошнюю развивая, и логистику индийскую нам улучшая. В ближайшую пару лет грозится выйти на уровень полного обеспечения холодным оружием и Мадагаскара, и Цейлона силами своих мадагаскарских производственных мощей. Об огнестреле речи не идёт, но запчастей для его ремонта уже не просит, как и расходников. А это уже показатель, потому как есть там такая живность, на которую с луком и стрелами выходить было бы легкомысленно. Там один только страус-переросток, гребиорнис который, чего стоит!

Я ведь упоминал, как Удэйну, супружницу Икера, а на тот момент ещё невесту и юнкершу выпускного курса, настропалял на участие в разработке под руководством её же жениха крупнокалиберной винтовки-слонобоя на базе крепостного ружья? В качестве ейного дипломного проекта. И для Капщины слонобой нужен был, и для Цейлона, и для Мадагаскара. Производится в Нетонисе, но что же я, отпрыска своего не знаю? Чтобы он, да хотя бы ремонт и возможности хотя бы единичного производства на мадагаскарской мануфактуре не предусмотрел? Этого не может быть, потому что не может быть никогда. Что угодно другое, но только не свой совместный с супружницей проект. А судя по тому, что и для обычного калибра ствольный инструмент запрашивал, при необходимости он и мелкосерийное производство обычной лёгкой стрелковки осилит. В смысле, кремнёвой, не унитарной, винтарей и пистолей, ну так к ним же зато и расходниками местными себя обеспечить ни разу не проблема. Как Волний с друзьями на Кубе, так и он на Мадагаскаре подстилает соломы на всякий пожарный. Случись чего, оборвись поставки — хрен колонии теперь пропадут. В обоих как в зеркале себя узнаю — ага, и наследственность, и выучка.

Мы ведь именно по этим соображениям и вооружаем колониальные гарнизоны не новейшим оружием под унитар, а вот этим, уровня первой половины девятнадцатого века известного нам реала. Расходниками для него колониальная промышленность их уж всяко обеспечит, а теперь и сами стрелялки, хоть и мелкой серией, но производить смогут, а значит, ниже этого уровня даже в отрыве от Нетониса уже не просядут. Я не провидец и не знаю, кому из наших потомков предстоит поработать за гражданина Кортесова Эрнана Мартиныча, но за его бойцов спокоен — не придётся им коногрёбиться с дульнозарядными аркебузами. Стремимся мы, как я и объяснял юнкерам, к системе подразделения линейной пехоты на стрелков и копейщиков — у стрелка винтовка, пистолет, меч с кинжалом и малая цетра, а у копейщика пистолет, копьё, меч с кинжалом и большая фирея. Как мушкетёры и пикинёры шестнадцатого и семнадцатого веков нашего реала, только их внешний прикид в античном испано-иберийском стиле, а стреляют они в разы почаще, подальше и пометче тех хвалёных мушкетёров излёта Средневековья. И так — в каждой центурии заокеанских колониальных легионеров. Пока, конечно, до этого идеала ещё далеко, но дорогу осилит идущий. Жаль, что в метрополии так не сделаешь, потому как здесь палиться нельзя.