[*.*] — Дух Мён СонХва не позволил бы заточить себя в тюрьму!

[*.*] — Дух, — да. Но она — реинкарнация, не способная проникать сквозь стены.

[*.*] — К чему твоё уточнение?

[*.*] — К тому, что ей на освобождение потребуется немного больше времени, чем бестелесной субстанции. Как думаешь, какое решение придётся принять нашей госпоже президенту, когда американцы попросят прокомментировать ситуацию? А ещё есть Европа. «Ураган» занимал первое место во французском музыкальном чарте и в других европейских странах ротировался не на последних местах. Агдан там знают.

[*.*] — Если и «знают», — какое им дело до корейской певички?

[*.*] — Там законы другие. Объяснить, как несовершеннолетняя девочка получила пять лет каторги за дезертирство, — не получится. У вегугинов в голове такое просто не поместится. И наша ГынХе в их глазах станет выглядеть кем-то вроде «ТолстогоЫна». Уверена, — такое ей точно не понравится, кх-кх-кх …

[*.*] — Думаешь, — она отменит решение суда? У нас — демократическая страна, в которой подобное невозможно!

[*.*] — А хранить первый корейский «Золотой граммофон» и «Золотую ракету» в тюремном музее, — возможно? Кх-кх-кх …

[*.*] — Пресвятые ананасы, как Агдан подставила нашу ГынХе…

[*.*] — Не только её. Она всех подставила. Начиная с «Кирин».

[*.*] — Почему с них?

[*.*] — Ну ведь там ей глаза пытались лазером выжечь?

[*.*] — Вот ведь…

[*.*] — Кстати. Посмотрите на выступление в «Анян». Я никогда прежде не видела подобных движений. И музыка такая, очень электронная.