— Я достаточно долго находился вместе с командой в Хюджонсон, располагая обрывочными сведеньями о случившемся с ЮнМи, — спокойно объясняет ЧжуВон причину своего появления в медицинском учреждении. — Только после возвращения с задания появилась возможность провести оценку ситуации. Первым делом я обратился к её семье, но женщины, из которых она состоит, в тот момент пребывали в унынье и не смогли вразумительно ответить на мои вопросы. Поэтому, мне пришлось обратился за информацией к вам, уважаемый доктор.

( Хюджонсон — переводится с корейского как «линия перемирия». Граница между северной и Южной Кореей. прим. автора)

— Прошу прощения, господин ЧжуВон, — говорит врач, одновременно показав кивком, что понял, с чем пришёл к нему посетитель. — Скажите, в какой степени родства вы находитесь с пациенткой?

— Мы вместе служили. Однажды, я на руках вынес её раненую из-под артиллерийского обстрела. Меня тогда тоже задело. Можно сказать, у нас с ней кровная связь.

Врач на несколько мгновений задумывается, смотря на чуть-чуть улыбающегося парня.

— Теперь припоминаю, — говорит он. — ЧжуВон-сии, вы ведь жених госпожи Пак ЮнМи? Извините, если я ошибаюсь из-за своей недостаточной осведомлённости.

— Я был им, — признаётся ЧжуВон. — Но на время прохождения службы мы решили вернуть друг другу свои обязательства.

О! — издаёт удивлённый звук врач, поскольку в Корее такой фигни никто никогда не делает.

— Это было желанием ЮнМи. На случай неожиданных обстоятельств. Если вспомнить артобстрел и его результаты, то можно сказать, что моя синбу была предусмотрительна.

(«синбу» — невеста, по-корейски. прим. автора)

— Да, я слышал о её способности предсказывать будущее, — понимающе сообщает врач.

ЧжуВон оставляет прозвучавшую фразу без комментариев. Просто молча смотрит на того, кто её сказал.

— А… а, что же вы хотели? — спрашивает доктор, поняв, что ляпнул лишнее.

— Хочу узнать о состоянии здоровья Пак ЮнМи, — сообщает ЧжуВон. — Её родные сообщили, что она уже длительное время не приходит в сознание. Это правда?

— Да, это так. Почти две недели она находится в состоянии, близкому к коме.