Оба фрица полезли на высоту, чтобы оттуда, сверху, заклевать меня в своей излюбленной манере. Вот только лезть за ними следом я не собирался. Да и крутиться с ними в собачьей свалке тоже желания не было. Какой бы я не был профессионал, но к машине надо привыкнуть получше. Одно дело летать в мирном небе и совсем другое в условиях, когда по тебе реально стреляют. Это, как говорится, две большие разницы. Поэтому набрав скорость я чуть задрал нос самолёта и, взяв упреждение, дал короткую очередь из пушки. Я буквально кожей чувствовал, как 20-мм снаряды несутся наперерез ведущему "мессеру". Есть! Горит, бубновый! Ведомый решил не искушать судьбу и, свалившись в пике, взял курс на запад, поддымливая форсажем. Ну и фиг с ним. Тут ещё "штуки"** есть мне на закуску.

(* Штаффель— эскадрилья. Тактическая единица люфтваффе в количестве 9-10 самолётов.

** "Штука", Sturzkampfflugzeug — пикирующий бомбардировщик "Юнкерс 87" ("Лаптёжник", Ю-87) ).

Пилоты на "лаптёжниках" тоже быстро поняли, что дело тут явно не чисто и, вывалив остатки бомбового груза в чистое поле, развернулись восвояси. Вот только отпускать их никто не собирался. Тем более что тихоходные бомберы представляли из себя прямо таки учебную мишень. Они, конечно, начали огрызаться из турельных пулемётов, вот только расстояние для них было великовато. Для них, но не для меня.

Спокойно, как на полигоне, беру в прицел замыкающего и бью короткой очередью из пушки. С удовлетворением замечаю, как брызнуло в разные стороны остекление. "Юнкерс" уходит в своё последнее пике. Сразу же бью идущего рядом с ним. Похоже попал в бензобак, потому что фриц полыхнул сразу и весь. Так же, словно в тире, расстреливаю ещё двух "лаптёжников", когда правое крыло вдруг покрывается ровной строчкой пробоин. Резко даю ручку от себя и влево и вижу, как чуть в стороне промелькнул хищный силуэт "мессера". Похоже зря я списал его со счетов. Фриц всё же решил вернуться и разделаться со мной.

Однако повторной атаки не последовало. Видимо топлива у немца на дальнейший бой не осталось и он, уже похоже окончательно, отправился к себе. Зато теперь будет хвастать, что сбил русского аса. А вот хрен ему. Машина слушается рулей, двигатель работает ровно. Жаль только бомберы уже далеко ушли. Ну да ладно, пора и мне домой. И так не плохо их проредил. Три "месса" и четыре "юнкерса". Ха, не плохо. Да сейчас такого счёта и нет ни у кого.

Домой, конечно, это громко сказано. Почти всё и так происходило либо над аэродромом, либо в пределах видимости. Улетел бы подальше и не факт что нашёл бы дорогу назад. А вообще странное дело, я совсем освоился в этом теле и в этом времени. Во всяком случае никакого дискомфорта от произошедшего я не испытывал. Всё воспринималось абсолютно естественно и...с какой-то эйфорией. Ну так ещё бы. Скинуть больше 30-ти лет это у кого угодно вызовет эйфорию.