Телефонист из их взвода управления, четким голосом, как диктор говорит в трубку полевого телефона:

— Разрешите доложить, — телефонист приподнялся, — командир батареи приказал подготовиться к приему команд, — и уже громко и четко продолжил, — основное направление... буссоль... сорок пять ноль...

Я с огромным интересом наблюдал за поведением командиров и красноармейцев на НП.

— Первое... основное... основному... — повторяет телефонист команды стреляющего, — двадцать один... тридцать... наводить в буссоль!

Пауза, телефонист плотно прижимает трубку к уху и внимательно слушает. Вот он поворачивается к своему комбату, и четко повторяет доклад пришедший по телефону: — Первое готово!

— Огонь!

— Огонь! — Эхом повторяет телефонист в трубку. — Выстрел! — Опять докладывает телефонист.

Первый снаряд, по времени, уже должен достигнуть района цели. Облако разрыва появилось справа. Измеряется угол отклонения, и стреляющий, после введения поправок, через телефониста подает команду на ОП.

— Правее ноль десять... огонь! — телефонист повторяет слово в слово команды стреляющего для старшего на батарее, и тот действует, соблюдая приведенную выше последовательность. Подана команда: 'Стой!' Пристрелка закончена.

Пока шла пристрелка, по рации командир курсантов попросил передать командирам ОАД рекомендацию, в которой указывал, не стрелять залпами, а с интервалом не менее четырех выстрелов в секунду. При таком интервале средства звуковой разведки противника не смогут осуществлять точную засечку наших огневых позиций.

Контрартподготовка позволит нам выиграть время, и даст возможность лучше подготовить наши позиции. Все время, пока мы готовились к предстоящему бою, по одному, по два, максимум по трое подходили отставшие солдаты, в основном из тыловых подразделений укрепрайона. Организованных групп была одна — опять пограничники, которых сразу отправили к ранее вышедшей заставе. Мы и пехота готовы к бою, нас уже приблизительно две полноценные роты. Кроме пограничников и десятка солдат со знаком "Воршиловский стрелок", все остальные роют траншеи. После перекрытия привезенными шпалами всех пулеметных точек, и превращения их в ДЗОТы, оставшимися шпалами начали перекрывать траншеи.

Но вот начинают бить немецкие орудия. Я некоторое время прислушиваюсь. Снаряды рвутся где-то в районе, передового артиллерийского взвода. В полутора километрах от нас, с опушки леса начали атаку немецкие танки. В мой бинокль видно как на концах танковых орудий поблескивают вспышки от выстрелов. Черные фонтаны земли вырастают где-то на позиции наших артиллеристов. Танки прибавляют ходу. Их десятка полтора. Артиллерийский взвод открывает огонь прямой наводкой. Первый их снаряд разрывается метрах в ста перед вражескими машинами. Невидимый мне артиллерист изменяет прицел, и на этот раз земля взметается уже между танками. Тут же на вражеские машины обрушивает в максимальном темпе огонь остальные орудия. Танки немного замедляют движение и входят в зону заградительного огня всех трех дивизионов. Уже через пару минут все очень плотно заволокло пылью. Целей не видно. Продолжают стрелять только "Гвоздики", им данные поступают непосредственно от Недзвецкого. Его РЛСке пыль не помеха.