— Скорее всего, на ваш склад наткнулась небольшая группа немецких диверсантов, имеющая другое задание. — Глубокомысленно произнес я. — Иначе бы вы так просто не отделались. В какое время началась артиллерийская стрельба и пролетели самолеты?

— Канонада началась в четыре ноль-ноль, самолеты появились около пяти ноль-ноль.

Мы сверили часы и оказалось что мои показывают день недели — понедельник.

— У Вас, товарищ лейтенант неправильно идут часы, сказал Коровин, сегодня воскресенье, 22 июня.

— Год то хоть сорок первый? — вроде как пошутил я.

— Конечно — с улыбкой ответил он, явно не понимая тайного смысла моего последнего вопроса.

Мои "Командирские" часы его сильно заинтересовали, и я без задней мысли сказал, что такие делают в Чистополе, специально для офицеров, потому и называются «Командирские».

При слове «офицеры» Коровин как то странно на меня посмотрел, и в его взгляде появилось нешуточное такое сомнение.

— Разрешите посмотреть Ваши документы, — обратился он ко мне, сделав шаг назад и положив руку на кобуру своего нагана.

Не сразу поняв, что его так смутило, я лихорадочно думал, что такого я ляпнул, что возбудил в нем подозрение? Скорее всего, его насторожило слово "офицеры", ведь в этот период в Красной Армии не было "офицеров", а были "командиры". Мысленно дав себе пинка, за то что не следил за своими словами, я стал выкручиваться из этой крайне щекотливой ситуации.

— Наши документы остались в штабе дивизиона, ведь мы выполняем разведзадание, а вот немецкие диверсанты, точно бы показали бы Вам младший лейтенант Коровин документы. — Со всей возможной убедительностью пояснял я. — Пойми, им рисковать своими головами, находясь в зоне боевых действий без документов, смысла нет. Что же касается так смутившего Вас слова "офицеры", то здесь в глуши, Вы многого не знаете. Мы поближе к Москве будем, и нам, в отличии от Вас известно, что еще полгода назад начали ходить слухи о том, что ближе к концу года планируется ввести погоны и назвать красных командиров — офицерами.

— Это как у беляков что-ли? — От удивления у парня глаза стали по пятаку.

— Да!!! Но честно говоря, думаю в связи с началом войны, эти реформы будут отложены на какое-то время, сам понимаешь...

Не знаю, поверил ли он мне, скорее всего не очень, но с другой стороны, и на немцев мы и правду были не сильно похожи. Поэтому поразмыслив, он вероятно решил, сейчас не идти на конфликт с неизвестными лично для него последствиями. А поскольку сила сейчас была на нашей стороне, он решил быть начеку и посмотреть, какие будут мои дальнейшие действия. Скорее всего, при случае он доложит о этих моих обмолвках тутошним особистам, но сейчас спорить со мной ему было не с руки.