— Вот и отлично! А теперь давай вернёмся к твоей пьесе детка. Кстати как ты её назвала?

— Скерцо.

— Просто скерцо?

— Скерцо, Badinerie, Шутка если хотите. А, что?

— Да нет. Ничего. Просто хочу знать как называть твой очередной "вирус".

— "Вирус"?

— Несомненно. Сама увидишь.

— Ну, что же в нём вирусного?

— Орни. Поверь мне, твоему другу и наставнику. Настанут времена когда даже наши имена сотрутся в пыль и прах. А "Шутку" всё равно будут играть и слушать!

— А как же золотые буквы моего имени? — с ехидцей спросила девчонка.

— Эх, — печально вздохнул мэтр, — золото тоже со временем превратится в прах. Лишь только настоящее искусство вечно. А какой ты приготовила сюрприз на концерт?

— Вот, — его ученица и друг выпрямив спину и вздёрнув подбородок вытянула в сторону маэстро руку и длинными музыкальными пальчиками скрутила изящную дулю, — на концерте узнаете, а то опять отберёте!

Ирта в повторном ужасе прикрыла рот ладошкой. Однако глазки её задорно блестели.

— Нахалка! — громыхнул маэстро, — как есть заноза и нахалка! Всё. Я репетировать, — маэстро вымелся из студии.

— Проф! — вдогонку ему крикнула девчонка.

— Слушаю!

— Проф. Если у вас есть толковый флейтист постарайтесь чуточку оживить темп!

— Я понял тебя детка, — отозвался маэстро из недр "мерседеса".

— Ну, что? — обратилась Орнелла к "субботней" сестре, — пойдём смотреть вторую часть марлезонского балета?

— Поповую?