Так, теперь подумаем. Кто это может быть? Так как литературный персонаж я помню (Мария Иосифовна Стирлец). А здесь передо мной его корейский вариант, значит, это Рыжик. А так как я нахожусь в теле своей героини, то резонно предположить, что в теле второго героя фантастики с переменой пола будет его автор. Сейчас проверим!

- Паша! Подъём! – Рявкаю я прямо в ухо Рыжику.

- Отвали... Поспать, бля, не дадут! – «Тело» поворачивается на второй бок.

Мдя! Как автор описал Рыжика, такая она (или он?) и лежит тут на одном из лучших пляжей Пусана. Ну, что же, раз не получилось поднять его (или её?) по-русски. Попробуем это сделать по-корейски. Для этого вспомним, что там у меня написано в книжке из корейских слов:

- Аньён, аджосси Паша! – Рявкаю вновь над ухом "тела". Оно вскакивает, и пытается ударить меня кулаком. Но глаза у него ещё закрыты. Одеяло упало, и мешается в ногах, а рот уже выдаёт очередную порцию матерного русского:

- Да, задрали уже! Дайте же поспать! Б…ь! Въ..у ж щас! Спать дайте су.. – Не договорив до конца и без толку помахав кулаками, «тело» открывает глаза и у него отвисает челюсть. Раскосые глазки, кстати, зелёного цвета, широко распахиваются, и девушка начинает обескуражено вертеть головой. Её взгляд задерживается на мне. И я тоном ментора начинаю вещать глядя прямо в глаза попаданца:

- Паша! Ты направил свою героиню воевать, и довёл её до Китая и Кореи. Это тебе аукнулось – теперь ты Мария Стирлец. И находишься в Корее! Можешь полюбоваться на своё прекрасное молодое девичье тело! Тебе не под шестьдесят, а около двадцати, если судить по виду! Кто и за что тебя сюда сбросил, вместе со мной, разумеется, я не знаю! Что мы должны тут делать, тоже не знаю!

- Ха, ха, ха! А ты кто? И где здесь скрытая камера?

- Камера – в луже. В трёх метрах от тебя! Кто я? Скажу потом, когда убедишься, что тебя не разыгрывают! Можешь посмотреть на свои руки. Не думаю, чтобы ты в жизни увлекался маникюром или педикюром?

Рыжик оторопело смотрит на свои пальцы рук и ног, но видно, что не поверил. Потом вдруг начинает шарить руками под чёрной майкой между ног, и тихо опускается на песок, с всхлипом:

- Еб...ть!.. За что?

- За то же, за что, и меня! Мой "Эксперимент" читал ведь!

- Вахо?

- Он самый! Позвольте представиться, Пак Джин Хо! – Делаю книксен. – А ты – Рыжик. Можешь в луже посмотреть на свою физиономию. Тоже самое, что ты нарисовал на обложке своей книжки. Только корейский вариант!

Паша бросается к луже, и убеждается, что всё именно так, как я сказал. С глазами, размером с блюдце он возвращается ко мне, и спрашивает: