И Н Т Е Р Л Ю Д И Я

Ч Е Т В Ё Р Т А Я

Сон Хен сидел один в квартире хальмони. Он тоже хотел пойти вместе с другими фанатами к офису «шишек». Но хальмони позвонила и приказала ему сидеть дома и смотреть всё по телевизору.

Пока ничего интересного не было, поэтому школьник томился от безделья. После того, как с помощью нуны он доказал своим родителям и хальмони, что тоже чего-то стоит, отношение к нему изменилось. Хальмони предложила родителям переселить Сон Хена в свою квартиру. Всё равно, отсюда ему ближе до школы, а Хё Бин постоянно теперь находится в офисе «шишек». Да и сам юноша был занят – учил после занятий в школе технические термины на трёх языках, чтобы быть подготовленным к университету.

Хальмони перевела всю сумму за обучение на специальный счёт. Поэтому Сон Хен и его родители уже не беспокоились о финансах. Главное, было сдать Сунын и получить нужное количество баллов – не менее восьмидесяти по тем предметам, по которым будет проведено тестирование на получения сертификата (аттестата) об окончении средней школы.

Время тянулось медленно. Сон Хен включил телевизор и сел перед ним, но сам не заметил, как уснул.

Проснулся он от непонятного шума. Оказалось, это начался митинг националистов на одной из площадей Сеула. Людей было очень много. Все шли с флагами, у многих в руках были палки и бутылки. Везде сновали подозрительные типы в чёрном.

Одновременно, на разделенном на три части экране, были показаны офисы СМ и «шишек». Около офиса СМ стояло человек двести фанатов и отряд полиции, а у здания «Солбанг-Ул» Сон Хен увидал большие группы школьников и молодых людей, которые стояли по обе стороны баррикад, перекрывших подходы у офису.

Полиция присутствовала и здесь. Мельком показали нуну и «шишек», в окружении каких-то лиц в камуфляжной форме. Затем телеканал переключил всё внимание на митингующих.

Полтора часа организаторы митинга накачивали толпу призывами и лозунгами бить чеболей, "бананов" и вегугинов. Стоящие около трибуны, с которой вожди обращались к своим сторонникам, одетые в полу военную форму несколько десятков людей потрясали время от времени палками, наэлектризовывая толпу дополнительными порциями ненависти.

Школьник особо митингующих не слушал, а пошёл на кухню. Залез в холодильник, набрал себе сыра, сока, достал хлеб и, вернувшись в спальню, со всей едой взгромоздился на кровать.

Поглощая пищу, он думал, как всё-таки хорошо иметь отдельную от родителей квартиру, где тебе никто не помешает, не начнёт указывать, что надо делать.