Что мне тогда еще и не понравилось — зная о том, что Колька был против, что оказался избит Юркой, пацаны потом еще и бравировали тем, что они «взрослую девку отпороли». Дебилы, блядь!

И вот, смотрю я на своих друзей и понимаю, что они и сейчас уже — очень разные, а дальше — вообще разойдутся по жизни, в разные стороны.

Оба Рыжих, пофыркивая друг на друга, пошли купаться. Мы присели на траву, Колька кивнул на карты:

— Партейку?

— А-а-а… давай!

Я видел, что Крестик, периодически пялится в сторону моих девчонок, и мне это не нравилось!

— Сашка! Ты так шею свернешь! — пытаюсь ему так «намекнуть».

— Ты, Юрец, совсем мышей не ловишь! Ты хоть бы Светку, что ли, потискал. Все не зря будет! — про Катю он ничего не говорит — боится ее.

— Как я ее потискаю, если они всегда вместе? Мне Катька — голову оторвет! Чё мелешь-то?

— Ну… это да! Катька твоя — это… черт в юбке!

Вадик и Колька никак не комментируют слова Сашки.

Потом, Вадим, посмотрел на меня:

— А ты неплохо так подрос за лето! И мышца вон — появилась! Что — турник?

Я кивнул.

Сыграв пару партий в подкидного, слышу, как меня зовет Светка. Поворачиваюсь, вижу — она машет.

— Ладно, пацаны, пока! Здесь же как — пацан сказал — пацан — сделал! Обещал им, побыть с ними, нужно выполнять.

И Вадим, и Колька кивнули. А Крестик, неугомонный, шепнув «Светка» — изобразил руками, как что-то щупает. Я отмахнулся.

Когда подошел к девчонкам, они сидели на траве и даже не переоделись.

— Вы чего — передумали купаться, что ли?

— Мы, Юра, подумали — давай пройдем по берегу дальше. Ну их… дружков твоих!