— Свет! Ну ты… как? — а Светка молчит. Потом берет его чуть глубже. Еще глубже. И язычок ожил, ожил, стал активнее.

— Светка! Ну чего ты молчишь? — Катя приобнимает подругу, поднимает голову и удивленно смотрит на меня.

А я что? Я — ничего. Пожимаю плечами.

М-м-м-м-м… первый звук, который мы слышим от Светки. А вот сейчас она начинает покачивать головой. Я закидываю руки себе за голову, сцепляю кисти в замок, стискиваю зубы. Не нужно так быстро… прерывать… эту… исследовательскую деятельность.

Светка «расходится», и язычок — все активнее. Только посапывания носиком слышны.

— Так, Кузнецова… ну что ты такая есть, а? Ну… ну все… дай, и я тоже… я тоже хочу…

Светка отрывается от меня, сидит и смотрит на Катю.

— Кузнецова! Ты меня слышишь? Ты… Светка! Не смотри на меня так! У тебя сейчас глаза безумные какие-то! — Катькин шепот только поднимает мне градус возбуждения.

— К-а-а-а-ть! Ты не представляешь, как это здорово! Это… я бы… и тебе бы не дала… ох, что я говорю… прости меня, Катюшка!

Катя чуть помолчала, а потом… потом она сама приникла ко мне! Ох же… твою мать! Терпеть! Терпеть, я сказал! Аутотренинг называется, ага!

Светка неуверенно встает, придерживаясь за меня, обнимает чуть сбоку, и впивается мне в губы. Не так, как тогда! Не с такой силой и не с такой для меня болью, но… близко.

— Юр! Я кончила… представляешь? Кончила с хуем во рту! Я… я совсем падшая, да? Как это у пацанов называется — хуесоска, да? — Светка то утыкается мне в шею, то отнимает голову и смотрит вниз, туда, где сейчас безумствует Катрин.

Я шепчу Светке, что она — прелесть, что она самая-самая! Чтобы не выдумывала ерунду, и не повторяла всякие глупости!

— А я что — не самая-самая? — упс, Катя подала голос снизу.

— Я… я даже не знаю… как высказать вам свои чувства… вы обе — любовь моя! Я… я люблю вас обоих… не знаю, как сказать…

Катька хмыкнула:

— Свет! Ты там заставь его как-то все это постоянно повторять — мне от этого еще больше нравится! — и Катрин вновь «приняла» его.

— Девчонки! У меня ноги что-то дрожат… давайте я лягу… а то упаду. И я вот-вот кончу, уже не могу.

Эти исследовательницы позволили мне лечь, даже придерживали при этом. Потом склонились надо мной — одна с одной стороны, другая — с другой. Как уж они поделились? но приоткрывая глаза, я видел — что одна — сосет, а другая внимательно смотрит, потом они менялись.

— Кать! А кто… ну… в рот примет, а? Я тоже хочу попробовать! — Светка, даже не задумываясь, тискала меня за живот.