Светлый фон
Кикучи Сабуро, я-то думала, что я единственный твой иностранный друг!

— Помедленнее, — вдруг попросил спутник девушки. — Маша, я-то думал, твой друг говорит по-оясимски? Я не понимаю, когда вы говорите так бегло!

— О нет, он говорит по-оясимски, — вздохнул Роберт, стоило ему закончить. — Вы же не оставите меня за бортом?

— О нет, он говорит по-оясимски, Вы же не оставите меня за бортом?

Поняв, что сказали эти двое, Мария громко и насмешливо фыркнула. Я бы тоже сделал что-то подобное. Вот им не повезло.

— Серьёзно? — закатила глаза Мария. — Я-то думала, что ты там ему на французском втолковываешь, слежки что ли боишься… и как у вас в Оясиме очутился этот чудак? А по-английски он может?

Я пожал плечами.

— Вроде как, ему просто захотелось. А по-английски не могу я.

— Ну и ну, — Вяземская ещё раз глянула на Роберта и прищурилась. — И почему он здесь?

— Ну ребята-а… — проныл тот, пока мы говорили.

— Ну ребята-а…

— Секунду, — отозвался я и вернулся к Марии. — Он просто хотел составить мне компанию. А вообще, он живёт в моём доме уже некоторое время. Ни денег, ни жилья. Хотя бы документы клан Мори ему достал, да ещё и очень быстро.

— Секунду,

— Документы? — удивилась Вяземская. — А что с его документами?

— Потерял. У нас с ним… тоже общее похищение, — стоило мне это сказать, Мария прикрыла лицо ладонью, и её плечи сотряслись в беззвучном хохоте. — Хватит смеяться! И вообще, а ты тут что делаешь? И кто это с тобой?

— Ну, мне пришлось о-очень долго уговаривать, но это того стоило. К тому же, мы иногда бываем в Китае, так что к нему доверия больше, чем к вашей Оясиме. Без обид. А это Антоша, мой младший брат. Двоюродный, — девушка похлопала парня по спине, заставляя его тихо ойкнуть и опустить голову. — Он любит все эти азиатские штучки, вот я и взяла его с собой. Ну а ещё меня отец одну не отпустил. Ну давай, Антош, поздоровайся с Сабуро.

Парень украдкой глянул на сестру и шикнул:

— Ну хватит так меня звать перед чужими! А если это до прессы докатится? Я же тогда до конца жизни буду Антошей!

Мария покачала головой.