Так, пожалуй, через Горный поселок возвращаться не буду, мало ли, искать будут. Но и через каменоломни пробираться не хочется, больно сложно. Повернул налево, к второй группе скал, точащих на высоте. Тут передвигаться попроще, тропка есть. Впрочем, это для людей это тропка, а для меня натуральный проспект.

____________________

[1] В переводе с французского «господа, я не ел шесть дней». Фраза из романа И. Ильфа и Е. Петрова «Двенадцать стульев»

Глава 13. Наконец-то дома

Глава 13. Наконец-то дома

От этих скал тоже тропинка нашлась, впрочем, я о ней по прошлой жизни знал. Спустился по основательно вытоптанной туристами дорожки до грунтовки, которая как раз должна вывести к долине Черной речки. Тут и днем обычно люди практически не встречаются, некуда тут особо бродить, а рано с утра так и вообще пусто, как на заброшенной планете. Не торопясь потрусил вниз мимо ответвлений, ведущих в старинный пещерный комплекс. Не доходя до пещерного монастыря, пересек полотно железной дороги и спустился к бетонному заводу.

Можно, конечно, через Черную речку переплыть, она узкая, а плаваю я хорошо. Только зачем? Потом придется через овраги перебираться. Смысл себе дорогу усложнять? Поэтому преспокойно потопал по территории завода, который еще не начал свою работу, только рабочие начали сходиться, но им до меня и дела нет.

Выбрался за проходную. Что характерно, сторож даже слова не сказал, никаких тебе «стой, кто идет» или «предъявите ваш пропуск в развернутом виде». Идет кот, значит, так ему надо, уж такие у нас, у котов привилегии в Севастополе, да и не только в нем. Нас даже на территорию закрытых воинских частей пускают. Проходите, говорят, товарищ Вася, не стесняйтесь. Ну, вот и мост через речку. Перешел Черную по мосту, теперь я уже фактически на корабельной стороне города.

Теперь лучше всего идти параллельно берегу, так что двинулся дальше по полотну железной дороги. Тут удобно, не нужно карабкаться по склонам вверх вниз. Что я, горный козел, что ли? Пусть они по скалам скачут.

Без особой спешки двинулся в путь, на всякий случай прислушиваясь и внимательно оглядываясь по сторонам. Мало ли, не хотелось бы опять нарваться на бродячих собак или на очередных типов, которым красивый кот понравится.

Пару раз останавливался передохнуть, выбирая укромное место, чтобы меня со стороны видно не было. Перекурив, продолжал прогулку.

Прошел мимо здания ТЭЦ, справа образовались забитые военными и вспомогательными кораблями причалы. Зрелище интересное. Может, податься в корабельные коты? Воды я не боюсь, так что о морях грустить мне не надо. Железнодорожный путь привел в тупик рядом со странными развалинами. Вроде старые, но выглядят, словно недавно сделаны, что странно. Словно рыцарский замок из голливудского фильма про Робин Гуда, который даже на пленке кажется сработанным из пенопласта.

Что-то в памяти забрезжило. Не тут ли снимались сцены из «Обитаемого острова»? Вроде что-то такое слышал, но не бывал здесь. Кино, конечно, получилось, мягко сказать, слабенькое, второй раз его смотреть не захочется. Еще и все из штампов.

Спустился ниже, ага, вот и действующие рельсы – блестят, словно отполированные. Прошествовал по ним мимо здорового плавучего дока и очередного скопления кораблей у пирса.

Дальше рельсы повернули от бухты налево, ныряя в туннель. Как лучше – по нему двигаться или выше, через застройку? Подумал, что проще напрямую и нырнул под землю. Тоннель оказался небольшим, не больше трехсот метров в длину. К счастью, поездов не наблюдалось, так что преодолел подземелье без приключений.

После тоннеля рельсы пересекали улицу, которая так и называлась Тоннельная, а справа опять заблестела вода. Ха, это же Килен-бухта, здесь еще завод судоремонтный располагается. Впрочем, вот эти строения – это он и есть, клык даю.

До дома все ближе и ближе, даже настроение улучшается с каждым шагом. Одна беда, жрать хочу, сил нет. Второй день крошками перебиваюсь, как Буратино тремя корочками хлеба. Вчера почти не ел, очень уж невкусными был сухой корм в миске, в горло не полез. А с утра вообще не до еды было. Опять пересек Туннельную улицу – она тут изрядно петляет. Рядом с путями пошли домики и гаражи. Присел у стены в теньке, нужно передохнуть. Солнышко уже припекает, воробушки щебечут, в желудке урчит от голода. Заслушаешься, ляпота, чего уж там. Как там, у классика? «Это не птички поют, - это ворота скрипят. Петли не смазали» [1].

Воробьи совсем обнаглели, рядом что-то клюют, на меня внимания вообще не обращают. Может, просто не замечают. Я в тени, серый, не двигаюсь. Смотрел я, смотрел на птичек, да и прыгнул. Смотрю, в когтях воробей бездыханный. Это я, получается, его поймал? И ведь не хотел, звериная сущность проявилась.

Какой стыд, до чего я докатился. От меня добрые люди кровопролитиев ждали, а я Чижика съел [2]. Точнее воробья. Какой-то я не такой попаданец, мелкий по масштабам больно.

А, собственно, что такого-то? Воробей – не мышь, на севере я, вон, уток стрелял, шурпа из них отличная получается, как и жаркое. В чем тут серьезное отличие? Ружье я сейчас даже не подниму, так что остаются только собственные когти. В конце концов, воробьев, что в Китае, что в Европе едят. Да что там, латыши или литовцы (я их вечно путаю) вообще ворон жрут и даже нахваливают. Это как же нужно проголодаться, чтобы ворону схарчить?

Плюнул я на переживания и воробья съел. Все равно уже помер, не выкидывать же мясо. Сдул с носа прилипший к нему пух и отправился дальше в путь, даже под нос начал старинную песенку напевать «Долог путь до Типперери». Английская песенка, ее у нас во время Великой Отечественной перевели на русский.

Трушу по дороге рядом с гаражами, под нос себе мурлычу, и выруливаю на группу мужиков, расположившуюся под деревом. Скатерка серенькая у них постелена, закуска немудрящая на ней, один из бутылки нечто прозрачное разливает. Остальные предвкушающее за процессом наблюдают, слюну глотают. И тут в самый интересный момент я появляюсь, вполне отчетливо сообщая, что «долг путь до милой Мэри». Бухарик с бутылкой мимо стакана водку льет, остальные из живописной группы глаза вытаращили, один даже креститься начал. Я еще и прикольнутся решил.

- Приятного аппетита, - говорю и дальше ходу.

Сзади послышалось:

- Ты что за пойло купил, гад? У меня глюки начались!

Надеюсь, они не передерутся? Ничего, придут в себя от галлюцинации, пить бросят, жене и детишкам радость. Если завяжут, конечно. Хотя должны, «это же наши мужья, это же наши жены»! Пусть лучше будет «Гаврила был примерным мужем, Гаврила женам верен был». [3] Очень, знаете ли острые строки.

Опа, я, получается к скверу 1-го бастиона вышел! Точно, я же здесь бывал, специально в один из отпусков как-то поехал по всем местам, где бастионы были первой обороны. Целый день потратил.

А чего я туплю? Тут 50 метров до улицы Хрусталева и остановки троллейбуса №1. Он как раз до Большой Морской идет. Я обрадовано свернул в квартал. Здесь небольшой такой массив из домов в основном сталинской постройки.

Остановка была, как и помнил, у здания оборонительной казармы. Она, вроде тоже от Первой Обороны осталась.

Ждать пришлось всего-то минут десять, не больше, пока на улице показался троллейбус. Отличный, я вам скажу, транспорт. Между прочим, самый быстрый из городских. Не верите? А зря, он вон, привязанный, как резво бегает. А если его на волю отпустить? Представили? Вот то-то же. [4]

Как раз конечная остановка, здесь маршрут круг закладывает и дальше по улице Героев Севастополя идет, народу садится немного, я в салон через задние двери забрался, устроившись в закутке слева у задней стенки. Поехали. Надеюсь, не выгонят, севастопольцы обычно котов не обижают, но мало ли, меня уже научили, что держаться нужно настороже.

Здесь уже плотная городская застройка начинается, как раз проехали мимо Малахова Кургана. Мне в окна плохо видно, только вторые-третьи этажи домов могу разглядеть, но я примерно путь представляю. Еще могу в нижнее остекление дверей поглядывать, через него хорошо видать, но только одну сторону улицы.

О, вот и Южная бухта, машина заложила вираж, проезжая мимо автовокзала, затем начала карабкаться по Красному спуску. Точно, здесь маршрут по Ленина идет, а у Артиллерийской бухты поворачивает и проходит сначала по проспекту Нахимова, а потом уже по Большой Морской. Тут я уже все знаю, мимо дома не проскочу. Людей в салоне стало больше, но меня с удобного места никто не сгонял.

Ну, вот, наконец, поворот на Морскую, моя следующая. Я выскользнул из своего закутка, сел перед дверью.

- Выходишь?

Это мне что ли? Посмотрел, старик какой-то за мной стоит, на меня смотрит. Вроде знакомый. Точно, это же он меня рыбой угощал, когда я рядом с Артиллерийкой гулял. Мяукнул утвердительно, дед, кажется, меня понял.

Вышли на одной остановке. Я уже практически дома. Оглянулся на старого моряка.

- Далеко ездил? – спросил тот, но сразу же спохватился, - Ну, да, извини, не буду лезть не в свое дело.

А ведь он серьезно. Дед присел на скамейку.

- Ты забегай, я часто на пирсе рыбу ловлю, все равно особо делать нечего.

Муркнул, дав понять, что принял слова во внимание, потом еще раз мяукнул, извиняясь, некогда мне разговаривать, дома ждут. Дед кивнул понимающе. Нравится он мне, симпатичный старикан, надо будет Лешку познакомить с ним, пусть поучится рыбалке, а то родителям все время некогда, а мои потребности надо обеспечивать. Я рыбу люблю.