Подготовку завершили, теперь пора на дело. Я настоял, чтобы Лешка сразу рюкзак взял, а Мишка свою спортивную сумку. Оттуда сразу в школу отправимся. Камеру и веревку Голландец тоже в багаж убрал, чтобы не светить ими на улице. Он еще хотел велосипед взять для скорости, но на горку с ним не заберешься, а так оставлять стремно, вдруг уведут. Рэкса загнали домой, чтобы под ногами не мешался.

***

К счастью, на холме никого не обнаружилось, впрочем, кому оно надо – карабкаться по крутой тропинке? Нет, иногда люди забираются, в основном дети, просто чтобы полюбоваться красивым видом. Но рядом Исторический бульвар, там как раз обрыв, с него даже лучше видно.

Показал моим напарникам щель в камне. Голландец опять закрепил камеру на моей башке, затем завязал на конце веревки беседочный узел. Его еще альпинисты булинем называют. Специальный такой узел, который не дает петле затягиваться.

Обвязали меня под передними лапами веревкой и начали опускать в темноту подземелья. А не такая и маленькая щель. Думаю, тут даже Голландец мог бы пролезть, он все же довольно тонкокостный.

Тут я почувствовал, что задние лапы пола коснулись, потом и передние. Я за канат когтями зацепился и пару раз дернул – подал сигнал, что на месте. Потом выбрался из петли и отправился на вылазку.

Сначала склад с антиквариатом снял, включив подсветку. Хорошо, кнопки большие, мне легко нажимать. Потом уже проскользнул в комнату с оружейными штабелями. Особенное внимание маркировке ящиков уделил. Нашел тару с открытыми крышками. В одной оказались гранаты, во второй цинки с патронами. У одной из стен обнаружилось что-то вроде стойки с прислоненными к ней винтовками и пистолетами-пулеметами.

Тут я услышал шум, похоже, дверь отпирают. Быстро выключил камеру, выбрался в коридор, затем пробежал в большой зал, затаившись за одной из опорных колонн.

Вовремя я удрал. В коридоре зажегся свет. Хм, а зал тут не освещенный, только с том углу, который под склад используется, на стене светодиодную лампочку прилепили.

Но мне из-за колонны коридор как на прострел виден. Ага, вот и Ади первым идет. А за ним здоровый такой амбал тащит парня со связанными руками. Вспомнив про камеру, я нашарил кнопку включения – надо обязательно снять происходящее. Хорошо, красный огонек, который горит, когда камера включена, Голландец лейкопластырем заклеил, а то бы ее в темноте прекрасно было видно.

Пленника втолкнули в дверь, находящуюся рядом с оружейным складом. Подождав, когда Адольф с амбалом уйдут, я пробрался к ней. Увы, щелей нет, совершенно не видно, что там. Ладно, помочь я пленнику не смогу, поэтому лучшее решение – возвращаться.

Накинуть на себя петлю оказалось совсем не просто, но кое-как управился. Подергал на канат, почувствовав, как он натянулся, и меня потащило наверх. Все-таки неудачно петлю набросил. Правая лапа выскользнула, так что я повис, зацепленный только за одну лапу. Хорошо хоть вниз не полетел, мог бы знатно навернуться о камни.

Наверху сразу же попал в руки к Лешке, который меня из щели как пробку из шампанского вытащил.

Первым делом проверили, увенчалась ли наша эскапада успехом. Оказалось, что изображение получилось вполне четкое. Отличную камеру Мишка подогнал. Теперь у нас есть доказательства.

На уроки, конечно, опоздали, но мальчишки махнули на это дело рукой. Мишка забрал часть книг из лешкиного рюкзака, так что обратно я возвращался как король – на персональном котоносце, прямо как в паланкине, только голова из рюкзака торчит.

На площади Ушакова отошли к смотровой площадке, там как раз никого не было, внук связался с Андреем. Дозвониться удалось только раза с четвертого, только тогда из телефона послышался недовольный голос Андрея, который заявил, что крайне занят и дал племяннику три минуты на то, чтобы изложить свой вопрос.

Лешка вполне уложился, заявив, что у него есть информация вроде той, что с чердаком, но куда важнее и опасней, но по телефону он передавать такие сведения не может и что у него есть видео, которое Андрею нужно обязательно просмотреть. Голос у моего младшенького сразу переменился. Он только переспросил, насколько важнее и опаснее. Услышав, что очень, пообещал быть через два часа и отключился.

Ну, два часа – не много. Придется мне пойти на преступление, но, надеюсь, Андрей парней моих отмажет и не даст Ирине на растерзание. Поэтому сказал, что в школу, уж так и быть, сегодня не пойдем, а будем дожидаться сына дома.

Рэкс образовался – любимый хозяин рано вернулся, а не весь день его ждать пришлось. Я Лешке предложил его немного выгулять, все же песель утром нормально погулять не успел. Пока внук с собакой во дворе я Голландцу про себя рассказал, объяснив, что раньше был человеком. Разве что не стал говорить, кем я тому же Лешке прихожусь. Смотрю, загрузился парень по-полной.

Заодно рассказал ему про то, как узнал о подземном складе, про мастерскую и тайный проход из нее. Даже объяснил последовательность действий, чтобы открыть замаскированную дверь. Потом я попросил про меня подробностей не озвучивать. Что я снимал, это можно, а что человек на самом деле и говорить умею – ни к чему.

Тут опять Андрей позвонил, благо Лешка свой телефон дома забыл, очень удивившись, что вместо племянника ему Голландец отвечает. Сын заявил, что не может пока подъехать, предложил скинуть ему видео.

Голландец запаковал файл в архив и переслал его, объяснив, что в качестве пароля использована кличка самого любимого кота Ирины Игоревны. Юморист доморощенный, блин. Отправили послание и сели ждать нового звонка.

Я специально засек, всего через четыре с половиной минуты телефон опять ожил. На этот раз Андрей сообщил, что срочно мчится к нам, сказал никуда не уходить.

Ну, раз так, то нужно Лешку домой загнать. Голландца беспокоить не стал, у меня свой выход есть, никаких ключей не нужно. Привычно выпрыгнул из лоджии на ветку, глянул вниз.

А там машина соседа паскудного на привычном месте. И он, зажав Лешке рот рукой, его на заднее сидение заталкивает, а у скамейки Рэкс бездыханный лежит. Я метнулся назад, крикнул, что Лешку сосед похитил, сказал дождаться Андрея, а сам сразу же обратно, рванув спасать внука.

___________________________________________________________________________________________________

[1] «Дорога на Берлин» — песня композитора Марка Фрадкина на стихи Евгения Долматовского, созданная в 1944 году. Исполнял ее Леонид Утесов. Также называлась «Брянская улица».

Глава 19. Вся надежда на кота

Глава 19. Вся надежда на кота

Хоть я и кот, но я не самоубийца и по своей древесной дороге всегда передвигался осторожно, а то ведь и навернуться недолго. Но сейчас я, совершенно игнорируя угрозу свалиться, буквально в секунду пробежал по раскачивающейся под моими прыжками ветке, затем, почти не касаясь ствола когтями, сбежал по нему вниз.

И все же я совсем чуть-чуть, буквально на пару секунд, опоздал, сосед уже успел сесть на водительское место и захлопнуть дверь. Из автомобиля я его никак не выцарапаю.

Сколько раз замечал, как ускоряются мысли в критических ситуациях, был у меня случай еще в советские времена, вступил я в строительный кооператив. Взносы взносами, но приходилось время от времени помогать строителям. Материалы разгружали, кирпичи таскали наверх, всякую работу, что попроще делали. А как иначе? Или сам будешь впахивать или жди до морковкиного заговенья, когда объект сдадут.

Один раз тащил по лесам ведро с раствором для каменщика и вдруг подо мной доска прогибается, причем крайняя снаружи и я накреняюсь под углом в 45 градусов на высоте четвертого этажа, с ужасом понимая, что ухватится мне не за что, потому как вываливаюсь ровно посередине оконного проема.

Так и не понял, как я умудрился крутнутся так, что наклонился уже в противоположную сторону. Потом прикидывал, никак невозможно, мне ведь оттолкнуться было не от чего, но ведь сделал. А дальше, понимая, что на лесах мне из-за раскрутившей тело инерции мне не удержаться, я немедленно сам прыгнул внутрь комнаты. С высоты метра три, причем на шаткие кирпичные штабеля высотой в человеческий рост. Материал только с завода привезли и выгрузили из «колокольчиков». Горячие кирпичи, от которых пар поднимался.

Покалечился бы в легкую, но сиганул так удачно, что попал точно в 20-сантиметровый проход между двумя штабелями. Вошел как нож в ножны, ни вздохнуть, ни охнуть не мог. Так и стоял, пока мужики кирпичи разбирали, чтобы меня достать. Ругались страшно, не понимая, на кой я таким экстримом занялся, убиться же мог или кости переломать. А я даже ответить не мог – так меня плотно зажало, но, что интересно, даже царапины не заработал. И не обжегся - я же в ватнике был. И ведь не думал я ни о чем, когда прыгал, не прикидывал, куда и как приземляться буду, само оно как-то получилось. И ведь это не один раз такое, в критических ситуациях всегда действовал, словно автомат, точно, быстро, и совершенно непредсказуемо.

Вот и здесь я совершенно неожиданно для себя поступил. Вместо того чтобы спрыгнуть на землю, перескочил на самую нижнюю ветку дерева, как раз растущую над автомобильным проездом, и уже с нее приземлился на крышу проезжавшей подо мной соседской «Тойоты». Там и полметра не будет, приземлился на металл совершенно бесшумно, немедленно вцепившись в поперечину, установленную на крыше между рейлингами.