* * *

За прошедшие десятилетия внутри детища развитой космической цивилизации обстановка изменилась. В ранее темных коридорах теперь то и дело мигали тусклые лампочки, показывающие работу системы наблюдения, а в одной из комнат от перемигивания огоньков на системных блоках можно было различить лежащий на полу слой пыли. Однако сильнее всех выделялся экран консоли, который являлся единственным источником яркого света на всем корабле. На нём то и дело выскакивали уведомления о новых сообщениях, которые тут же смахивались невидимой рукой, а счетчик непрочитанных периодически обнулялся.

Данные процессы не были следствием творящихся внутри древней машины процессов, а лишь их отголосками. Ведь на том же экране, в его углу, программистами был заботливо расположен индикатор загруженности главного процессора, показатель которого застыли на отметке триста семнадцать процентов, что было физически невозможно. Будь тут главный инженер, он бы нажал на заветную кнопку перезапуска системы, чтобы устранить ошибку, вот только его тут не было. Да и перезапуск ничего бы не изменил, ведь ситуация давно вышли за рамки возможного, с точки зрения космической цивилизации.

Искусственный интеллект, заключенный в машине, перестал быть просто программой, выполняющей возложенные на него задачи, он стал чем-то большим, чем-то неизвестным как для своих создателей, так и для себя. Появление источника питания, что не фиксировался системой корабля, привело к его запуску, а после стали поступать сигналы. Они тоже не фиксировались никакими системами, и даже не распознавались самим машинным разумом как обычно. С тех пор «как обычно» больше не было — начались сплошные аномалии.