22 февраля 1605 года.

Грозный глава Разбойного приказа41 думный дьяк42 Патрикеев был дома и приказал слугам никого к себе не пускать, ежели это будет не гонец от великого государя. Ныне времени для отдыха у дьяка почти совсем не было. Он постоянно проводил все свои дни в приказе. Царь требовал искать измену.

И вот, наконец, он смог немного посидеть в своем кресле у огня, и выпить кубок романеи. Но насладиться кратким мигом покоя дьяку не дали. Его старый слуга Степан явился сказать, что у дверей стоит иноземный господин.

– Я же приказал никого не пускать! – вскричал дьяк.

– Он сказал государево дело. И я осмелился доложить тебе, господине.

– Государево дело?

– Да. Что велишь? Позвать?

– Каков этот иностранец собой? Стар или молод?

– Средних лет. Одет хорошо, как дворянин из свиты посла от шведского короля.

– Зови! – отдал приказ дьяк.

Вскоре пред ним стоял высокий человек с худым лицом. Он был в коротком плаще, подбитом мехом, чёрном камзоле с кружевами, на ногах – высокие сапоги с серебряными пряжками.

– Кто таков? – строго спросил дьяк.

– Я посредник, – с поклоном ответил дворянин на хорошем русском языке. – Моё имя ничего не скажет господину дьяку.

– Посредник?

– Мне велено передать господину дьяку лично важные сведения.

– Вот как?

– Я не осведомлён о том, кто желает предупредить господина дьяка. Мне заплачено за то, что я должен сказать господину дьяку. И заплачено весьма щедро. Потому я дал слово дворянина все исполнить в точности и забыть все, что мною сказано после того.

Дьяку понравилось, что этот человек немногословен. Он предложил ему стул. Посланец сел.