Князь Дмитрий Шуйский обнял своего брата Василия и сказал:

–Ты спас нас всех.

–Толпа еще не унялась, брат и говорить о победе рано.

–Все кончилось, брат мой. Ты победил. Уж я-то знаю. Много мы рисковали нынче, но теперь победа наша.

Василий Шуйский все еще не мог прийти в себя после разговора с толпой.

–Я видел их лица, брат. Они были готовы растерзать меня. В том могу тебе поручиться, чем хочешь. Одного слова бы хватило.

–Но ведь они ничего не сделали.

–Но могли сделать, и надобно думать, как держать этих людей в повиновении. Они так легко могут отречься от тех, кого славили вчера. Как править сим народом, брат?

–Сначала надобно стать царем, – с усмешкой ответил князь Дмитрий. – И ныне пришло наше время. Время для настоящих Рюриковичей, для князей Шуйских, сесть на трон государства Московского.

–А что принесёт сие, брат? Ты думал?

–Власть! Не к тому ли ты шел долгие годы, Василий? И сейчас надобно завершить то, что мы начали. Или ты намерен отдать шапку Мономаха иному боярину рюрикова корня?

Василий Шуйский решительно сказал:

–Нет. Я приму высшую власть…

***

Марина Мнишек вместе с верной Мартой сумела сбежать из дворца и добраться до поляков, которыми командовал её отец.

–Марина! – Мнишек обнял дочь. – Ты жива.

–Отец, что с царем? – спросила она.

–Убит.

–Убит? Но как?

–На Москве мятеж, дочь моя. Московская чернь убила Димитрия. Многие наши соотечественники пали в эту ночь. Будь прокляты эти дикари московиты.