«Ну вот и все! — с ужасом подумал мальчик. — Моя песенка спета…»

Но вслух он произнес совершенно другое. Он ведь не был трусом. Любой взрослый на его месте впал бы в отчаяние, но Томми был большим, чем каждый взрослый сможет когда-либо стать, — он был мальчишкой. А мальчишки никогда не сдаются. Даже когда их запирают в чулане или требуют, чтобы они просили прощения, они думают вовсе не о поражении, а о том, как бы перегруппироваться и контратаковать.

Томми крикнул:

— Попробуй схватить меня, глупое пугало!

Пугалище повело головой-тыквой и приблизило свою жуткую морду еще ближе. Разверстая пасть оказалась прямо над мальчиком.

Томми захотелось плюнуть в проклятого монстра, но почему-то он вдруг подумал, что мама не оценила бы подобный поступок.

Он попытался отползти, прикрываясь рукой от нестерпимого жара, но Пугалище не собиралось его отпускать. Казалось, оно намеревается или сожрать его, или сжечь пламенем из глаз и пасти. Мальчик сжал зубы — до сего момента он полагал, что ему все же удастся победить. Но сейчас ему мучительно захотелось просто спастись самому.

И тут откуда-то с улицы раздался ужасный рев, за ним последовали звуки выстрелов и треск ломаемого дерева. Огромная деревянная голова дернулась и повернулась на шум…

…Тролль все стоял, недоуменно глядя в темноту, и никак не мог взять в толк, что сейчас случилось. Всего мгновение назад этот маленький повелитель Злобной Канарейки был здесь, а потом… фьюить… и он испарился. Так же нельзя, право дело! Это очень невоспитанно исчезать посреди разговора, не попрощавшись.

«Что такое?» — возник единственный вопрос в голове тролля.

Нужно было каким-то образом достать мальчишку из дыры обратно. А этого не сделать, если просто так стоять и ждать, когда же в небе поднимется Мерзкий Белый Фонарь, а тело охватит слабость.

Тролль развернулся и пошагал к припаркованным в стороне грузовичкам. Это были престарелые махины, напоминающие груды металла на колесах. Большие круглые фары подслеповато и раскосо глядели по сторонам, стекла кабин покрывала пыль, а синяя краска почти слезла с крыльев, дверей и кузовов.

Оглядев ближайший автомобиль и признав его вполне подходящим — мистеру Бэрри ведь не кататься на нем, — тролль ухватился лапами за крыло и подвеску, после чего приподнял грузовичок, оторвав его передние колеса от земли. Мышцы взбугрились, на оскаленных от напряжения клыках выступила пена. Грузовичок заскрипел, казалось, даже самой крошечной своей заклепкой, словно собрался развалиться на куски.

Тролль рыкнул и потянул автомобиль за собой, как какой-то мальчишка — деревянную лошадку на колесиках.