Но это лишь за последние две десятины, так что надежда на пополнение ученического состава меня не покидает. Сверлен, кстати, оказался совсем не плохим лираном. Вся его показательная холодность, человеконенавистничество — все это лишь вершина айсберга, а в глубине его лиранской души есть и сострадание, и желание передать свои знания другим, и способность признать успехи людей, даже женщин, если они действительно есть. Он с удовольствием, на мой взгляд, занимался с юной целительницей Ведой, которая таскалась за лираном хвостиком и просто боготворила целителя. Так же, он учил, как правильно использовать лекарские артефакты группу Владиса, которая тоже пополнилась двумя девушками из числа новых жителей Муравейника. И, что самое удивительное, он приходил давать уроки в общую школу, в которой до того занималась с детьми и взрослыми только я. Мы с ним даже поделили классы, он взял детей среднего возраста, сказав, что с ними ему интереснее всего.

Вместе с ралионом Тримаром — тем самым торговым представителем, мы пришли к устраивающему обе стороны соглашению. Силвеш участвовал в переговорах на равных со мной, как полноценный партнер и очень мне помог. В итоге договорились, что мы обязаны поставлять в империю не менее ста комплектов великолепно изготовленных, красиво изукрашенных резьбой, покрытых специальным составом шкатулок с открытым порталом в год. Каждая пара артефактов будет выкуплена за пятьдесят драхов. Это очень хорошая стоимость, прямо-таки баснословная. Условились также, что при перевыполнении плана, все артефакты будут выкуплены по той же стоимости.

Красный камень из штолен Веринара прибыл две десятины назад и небольшое хранилище для накопителей уже построили полностью. Теперь Владис стал спать спокойнее, я думаю. Потому что до этого он дергался каждый раз, стоило кому-то подойти к накопителям. А у них постоянно толпился народ! Жители Муравейника могли запросто заряжать свои бытовые артефакты от общих накопителей, все равно энергии было так много, что ее просто оказалось некуда девать. Особенно, пока фабрика и больница не работали в полную силу.

Ланистру — наместнику Востгратиса я прислала официальное приглашение отправлять больных из города к нам. Думаю, одновременно мы сможем наблюдать и лечить около ста человек. А в Муравейнике столько больных, к счастью, нет. Наш абсолютный отрицательный рекорд — одиннадцать человек, слегших с пневмонией или воспалением загрудинных мешков, как поставил диагноз Сверлен. Всех их лечила группа Владиса под присмотром Сверлена, конечно. Как раз и новые артефакты пригодились.