В 1604 году английский король Джеймс выпустил «контрпропозицию табаку». Курение, говорится в этом документе, «обычай, отвратительный для глаза, ненавистный для носа, вредный для груди, опасный для легких; в черном табачном дыме — ближайшее сходство с дымом преисподней». Ходили слухи, будто взрыв королевского негодования вызван был тем, что Джеймсу, когда он решился сделать затяжку, подсунули вместо легкого табачку злейшей рубленой махорки. Как бы там ни было, «контрпропозиция» не возымела никакого действия. Переняв у ацтеков загнутые трубки, англичане дымили вовсю и у себя дома, и на всех океанах, и в портовых кабачках.

Возможно, что не так бы легко распространялся табак в Старом Свете, если бы правители европейских стран в конце концов не усмотрели здесь большой для себя выгоды. Чем наказывать тех, кто разводит курительный табак, и тех, кто им торгует, чем предавать анафеме курильщиков, — не лучше ли брать с них со всех денежки в казну?! Так возникла табачная монополия — исключительное право государства разводить табак, либо взимать большие деньги с тех, кто это право перекупит. И табак стал теснить сады и виноградники, цветники и огороды. Под табак отводят на юге Европы лучшие земли, овеваемые влажными морскими ветрами, которые этому растению весьма любы.

Дольше других стран стояла против табака Россия. Табачникам на Руси давали отведать кнута и отправляли на каторгу. Так продолжалось до воцарения Петра Первого, который в 1697 году издал указ, дозволяющий «всяких чинов людям табаком тороговать свободно». Сам Петр, пристрастившись к курению во время своего путешествия в Англию, не расставался с трубкой до конца жизни.

Через полтора века после издания петровского указа в России уже действовали 511 табачных фабрик. В Крыму, в Бессарабии, на юге Украины дельцы скупали лучшие земли — под табак.

Как и на другие растения, на табак нападали болезни, грозившие владельцам плантаций, а стало быть, и казне, большими убытками. Начали приискивать табаку лекарей. Одним из них и стал Дмитрий Ивановский. Еще в студенческие годы он ездил на табак со своим однокурсником Половцевым. Они изучали две болезни — пепелицу и рябуху, или оспу, табака; обе вызываются грибками, которые нетрудно обнаружить под микроскопом.

В конце века на табачных плантациях юга России появилась еще и третья болезнь. Ее иногда путали с рябухой: и при той и при другой болезни на листьях образуются пятна.

На табачных посадках Западной Европы эта третья болезнь появилась раньше. Она имела уже и название — мозаичная болезнь табака, которое придумал немецкий ученый Адольф Майер, работавший в Голландии. Он первый занялся в 1866 году изучением мозаики. Фермеры, разводившие табак, наговорили ему невесть что. Одни уверяли, будто пятна на листьях табака вызываются солнечными лучами; другие, уже совсем наоборот, причину болезни видели в холодных ночах; третьи доказывали, что все дело в парниках, где выращивается табачная рассада; наконец, отыскивались и такие, что объясняли появление мозаики колдовством.