Артём, конечно, всегда жил безбедно, но чтобы в его возрасте – сколько ему, шестьдесят пять? – позволить себе выглядеть на тридцать, такого Лена и представить себе не могла.

После того, как они поели, Артём повёл её гулять в лес, который начинался тут же, за оградой. Он рассказывал ей что-то о циклах цветения растений, о том, как растут грибы, и что-то ещё об охоте. Они ели красные ягоды прямо с кустов.

Лену немного терзал вопрос о том, как же она здесь всё-таки оказалась, но было слишком хорошо, чтобы допытываться до Артёма, который явно увиливал от темы, разводя все прочие беседы. Но когда они вернулись в дом, случилось нечто, после чего Лена просто не могла позволить этому сну продолжаться.

Она увидела себя в отражении. Сквозь траченное ржавчиной зеркало была видна вовсе не почти сорокалетняя женщина-бухгалтер, а милая девушка немного за двадцать. Кожа была в превосходной сохранности, а фигура была даже лучше, чем у самой Лены когда бы то ни было. Она особо отметила, что талия стала уже, а грудь – больше.

Это точно был не сон. Это было реальнее, чем всё, что она чувствовала до этого, а как раз самые недавние воспоминания казались фальшивыми, перемешавшись в голове.

Артём заглянул в комнату, явно ею любуясь:

– Слушай, я бы остался тут ещё на какое-то время, но мне, кажется, пора.

– Объясни мне, что происходит, – отчеканила Лена, – Почему я здесь нахожусь и почему всё – так?

– То есть, ты даже не догадываешься?

– Понятия не имею. Я вроде бы не сплю, значит, возможно, я сошла с ума.

– Нет-нет, с твоим сознанием всё в полном порядке. Правда, теперь только оно.

– Я, что?..

– Да, умерла. У меня чутьё хорошее, я сразу приехал.

– Как же так… – проговорила Лена, натягивая какую-то первую попавшуюся футболку, – У меня же там столько дел… Бухгалтерия… Квартальный отчёт…

– Тебя уже никто за это не отчитает. Пора и о душе подумать.

Лена кое-как оделась и вышла на улицу. На этот раз она обнаружила ранее не замеченный Артёмов автомобиль. Сам мужчина вышел у неё из-за спины через несколько мгновений. Лена стояла недвижимо, вперившись взглядом в лес.

– Извини, что сразу не сказал. Честно говоря, я вообще не собирался – тяжело это как-то. Тебе никогда не приходилось говорить кому-нибудь, что у него умер близкий родственник или друг? А вот представь себе, что тебе нужно сказать человеку, что умер он сам. Жуткое дело.

Он был уже в каком-то костюме, вертел в руках ключи от машины.

– Ну я поеду.