Совершенно верно, Сонин. Когда Андрей писал на разных типах бумаги эти наброски, у него и в мыслях не было, что когда-то это может стать единым произведением. Во всяком случае, никакого алфавитного решения там точно не подразумевалось.
Да, с превеликим вниманием. Он сидел на диване с рукописью, время от времени посмеиваясь не то своим неудачам, не то Сониным. Но в целом оставался хмурым.
Растрёпанный, длинноволосый, заросший щетиной, но отнюдь не потерявший человеческого облика. В сущности, за месяцы бродяжничества он потерял в ухоженности, но как раз тот самый
Это было специфическое времяпрепровождение. Он скорее делал вид, что бродяжничает – шастал по квартирам друзей и родственников, уезжал из города, вновь туда возвращался, несколько раз ночевал на вокзалах, много ходил пешком, устраивался на низкооплачиваемую работу… Но полноценным бродяжничеством это вряд ли можно назвать, разве что если спросить у самого Андрея.
Скорее положительно, во всяком случае, она ожидала худшего.