— Причем тут сильнейший?! Он же не виноват, что у него такая мать. У ребенка ещё нет достаточного сознания, и прав нет. И выбора, и свободы его совершить тоже. Ты когда-нибудь думал, где бы мог оказаться, если бы у тебя были другие родители?

— Насчет папаши не знаю, — ответил Ярослав. — Этот племенной производитель похоже везде отметиться успел. А вот если бы у меня была бы другая мать, я бы наверняка стал быковатым и неуправляемым призывником.

Тифон глянул на него исподлобья.

— Ты же сейчас договоришься.

— Остынь, бро, — Ярослав небрежно похлопал его по шее. — Тебе со мной нельзя драться.

Тифон зло отпихнул его.

— Я терплю тебя только потому, что об этом попросила моя мать.

— Вот и терпи, — нагло заявил Ярослав. — У тебя вроде железная сила воли? Или ты сам распространяешь эти байки?

— Так, что насчет мальчика и проститутки? — попыталась я отвлечь их от разгорающейся ссоры, но безрезультатно.

— Больше помогать тебе я не стану, — сказал Ярославу Тифон. — Возись сам со своей машиной. И с ментами базарь сам. Ты и так уже в полушаге от того, что они отметелят тебя где-нибудь за углом за твой трендёж.

— Не будешь помогать с машиной, потащишь обратно свою блудную подругу на своём горбе, — задиристо отозвался Ярослав. — Если она, конечно, всё ещё твоя подруга.

Тифон ринулся вперед, но я в мгновение ока соскочила со стула и уперлась руками в ему грудь.

— Как ты был ублюдком, Яров, так и остался, — сказал он через моё плечо.

— Не забывайся, мальчик. Ублюдок — это ты. А я вполне себе законный.

— Уйди, — зашипел Тифон на меня и попер с новой силой.

Его плечи, руки, грудь были словно каменные, казалось, я пытаюсь сдержать скалу, которая вот-вот сметет и раздавит меня. Что почти и произошло, потому что от его резкого движения больная нога снова подвернулась и в глазах потемнело.

Дико взвыв, я села на пол. Слёзы потекли сами.

— Господи, — Тифон перепугался так, словно я собралась помирать. — Только не плачь. Извини. Не рассчитал. Не подумал. Где суицидник? Криворотов?

Запаниковав, он заозирался в поисках хоть кого-нибудь из наших. Но никого не было. Даже Ярослав куда-то испарился.