– Могу я попросить вас об одном одолжении? – сказал он.
– О каком именно? – спросила девушка.
– Я собираюсь сходить под парусами, – сказал Найэл, – и не знаю, когда вернусь. Все зависит от ветра, от состояния моей лодки и прежде всего от моего настроения. Я хочу, чтобы вы не отправляли эту телеграмму, скажем, до пяти часов. Если я вернусь к тому времени, то заберу ее и, возможно, пошлю другую. Это, как я уже сказал, будет зависеть от моего настроения. Если не вернусь, тогда отправьте телеграмму – ту, что я дал вам, – вот по этому адресу и на это имя.
Девушка с сомнением поджала губы.
– Это против правил, – сказала она. – Не думаю, что я смогу выполнить вашу просьбу.
– В жизни, – сказал Найэл, – многое против правил. Неужели вы еще не поняли?
Девушка покраснела.
– Будет против правил, – сказал Найэл, – если, вернувшись, я приглашу вас поужинать со мной на моей лодке. Но если ужин будет хорош, вы вполне могли бы принять мое приглашение.
– Я не из таких, – сказала девушка.
– Жаль, – заметил Найэл, – потому что с такими интересней всего.
Она снова перечитала телеграмму.
– Когда вы хотите, чтобы я ее отправила? – спросила она.
– Если я не вернусь, – сказал Найэл, – отправьте ее в пять часов.
– Хорошо, – сказала она и повернулась к нему спиной.
Найэл еще раз перечитал телеграмму и расплатился.
Она была адресована Марии Делейни, далее шло название театра, Лондон.
Дорогая, я люблю тебя. Я отправляюсь в море. Я написал для тебя песню. Если ты получишь телеграмму, то одно из двух. Либо я добрался до берегов Франции, либо лодка затонула. Еще раз – я люблю тебя. Найэл