РАЗ
Евгения Кравец + комментарии
Евгения Кравец + комментарии
В общем, друзья, у меня для вас плохие новости…
Мы все-таки проникли внутрь. Пришлось вызывать участкового и спасателей. Хозяев квартиры искали несколько часов — они отдыхали где-то за городом. Вот приехали и отперли дверь сами. Самые худшие опасения подтвердились — Аня внутри…
Ребят, я не была ее подругой, да и работали мы в разных отделах, встречались только на летучках, но это… мне реально стало плохо. Человек не должен так умирать. Аня лежала на диване лицом вниз, рука свисала до пола. Одета в домашний халат. Рядом валялся разрядившийся мобильник. Вот почему, собственно, до нее никто и не смог дозвониться. Ноутбук, кстати, тоже сел. Либо умерла во сне, либо я не знаю, вскрытие должно показать. В квартире ужасающий запах, пришлось открыть окна… Ни следов насилия, ни беспорядка, ничего такого нет.
Что там творилось, просто не описать, я до сих пор не могу прийти в себя. Налетели ритуальные компании, саранча поганая, потом следственная бригада какая-то, потом самое ужасное — отец Ани появился. Он тоже не мог до нее два дня дозвониться и вот только добрался до квартиры. Описывать его реакцию не буду. Она довольно странная…
В общем, что я хочу сказать, друзья… Нет, ничего не хочу говорить. Надо еще очухаться…
Светлана Камарина. Господи боже!!!! Ужас какой! Мы с ней в детстве в одной студии плясали у моего папы. Мои соболезнования близким и друзьям.
Светлана Камарина.Павел Готлиб. А что-то известно уже к этому часу?
Павел Готлиб.Евгения Кравец. Нет, конкретно ничего. Думаю, чуть позже узнаем. Может, к вечеру.
Евгения Кравец.Павел Готлиб. Ни таблеток, ничего такого не нашли?
Павел Готлиб.Евгения Кравец. Вроде нет, но я не очень внимательно смотрела. Паша, ты на самоубийство намекаешь? Хм…
Евгения Кравец.