— Здесь, подумалось мне, школы лучше. Близнецы мои здесь большему научатся.

— Моя дочь Оливия работала учительницей в Пичтри, в Плито и в Биг-Сер, — возразила Лиза тоном, говорившим ясней ясного, что искать каких-то лучших школ, чем эти, бессмысленно. Адам потеплел сердцем при виде такой железкой верности родному гнезду.

— Да просто мне подумалось, — проговорил он.

— Сельские дети крепче и успешливей, — молвила она непререкаемо, готовая подкрепить этот закон примером собственных сыновей. И, сосредоточась затем на Адаме: — Присматриваете, значит, дом в Салинасе?

— Пожалуй, что так.

— Сходите к моей дочке Десси. Она хочет вернуться на ранчо, к Тому. У нее славный домик тут на проспекте, рядом с булочной Рейно.

— Обязательно схожу, — сказал Адам. — Ну, мне пора. Я рад, что вам здесь хорошо.

— Спасибо, — сказала она. — Да, мне здесь уютно.

Адам шел уже к двери, когда она спросила:

— Мистер Траск, а вам случается видеться с моим сыном Томом?

— Да нет, не случается. Я ведь сижу сиднем на ранчо.

— Вы бы съездили, проведали его, — сказала она торопливо. — Мне кажется, он скучает там один. — И смолкла, точно ужаснувшись своей несдержанности.

— Съезжу. Непременно съезжу. До свиданья, мэм.

Закрывая дверь, он услышал голос попугая: «Заткнись, падаль». И голос Лизы; «Полли, если не перестанешь сквернословить, я задам тебе трепку».

Не беспокоя Оливию, Адам вышел на вечерний тротуар, направился к Главной улице. Рядом с французской булочной Рейно, за деревьями садика, он увидел дом Десси. Двор так зарос высокой бирючиной, что дом почти скрыт от прохожих. Аккуратная табличка пришуруплена к калитке: «Десси Гамильтон, дамское платье».

На углу Главной и Центрального — «Мясные деликатесы Сан-Франциско», окнами и на улицу, и на проспект. Адам завернул туда поесть. За угловым столиком — Уилл Гамильтон, расправляется с отбивной.

— Садитесь ко мне, — пригласил он Адама. — По делам приехали?

— Да, — сказал Адам. — И матушку вашу навестил.

Уилл положил вилку, сказал:

— Я всего на часок. Не зашел к ней, чтоб не волновать. А сестра моя, Оливия, подняла бы переполох в доме, закатила бы мне грандиозный обед. Просто не хочу их беспокоить. И притом мне надо сейчас же обратно. Закажите отбивную. Они здесь хорошие. Ну, как, на ваш взгляд, мама?