Во-вторых, для подтверждения своей «человеколюбивой» лжи Манштейн снова лжёт, заявляя о том, что командование ГА «Юг» из заботы о мирном населении Варшавы ограничивало её авиационные бомбардировки до начала решительного штурма. Раз, мол, штурма не было, чего зря и мирных людей убивать? Уж когда штурм начнётся, там оно понятно – «на войне как на войне». Увы, да ничего не поделаешь. Но до штурма – ни-ни!

Так вот. Авиационные удары по польской столице не прекращались с первых дней войны. Их интенсивность упала в связи с событиями на Бзуре, и ни о каких «человеколюбивых» ограничениях тут речи и близко не шло. Как только бзурские события стали приближаться к своей развязке, немецкая авиация вновь активизировалась в небе над Варшавой. Эта активизация началась с 16 сентября [56; 273].

То же самое можно сказать и об артиллерийской обработке города – начавшись с подходом немецких войск к городу 8 сентября, она усилилась после того, как германские соединения, покончив с поляками на Бзуре, вновь стали сосредоточиваться вокруг польской столицы.

Уже 20 сентября в небе над Варшавой работали 620 самолётов люфтваффе. На следующий день Геринг отдал приказ использовать против Варшавы основные силы 1-го и 4-го воздушных флотов.

В ночь с 21 на 22 сентября началась самая мощная фаза авиационной и артиллерийской обработки польской столицы. 25 сентября город бомбили 1 150      самолётов. Бомбардировка в этот день продолжалась непрерывно с 7.00 до 18.00. Было сброшено более 560 тонн фугасных и 72 тонны зажигательных бомб. Суточный расход артиллерийских снарядов для обстрела Варшавы в эти дни составлял: на орудие калибром 150 – 170-мм – 1 700 снарядов, на 105-мм орудие – 500 снарядов. 25 сентября по городу было выпущено 500 тысяч снарядов [37; 30], [46; 38 – 39], [56; 273 – 274].

Между тем, и это – в-третьих, Манштейн только к 25 сентября приурочивает начало обстрелов и бомбардировок «опорных пунктов и важнейших баз снабжения города», давая тем самым понять, что вот тогда-то войска ГА «Юг» и предприняли штурм. Выставляя себя и Рундштедта этакими «человеколюбцами», он в то же время показывает, что действия по штурму польской столицы начались именно тогда, когда командование ГА «Юг» и намечало.

Углубляя свою ложь, Манштейн далее заявляет:

«26 сентября были сброшены листовки, в которых сообщалось о предстоящем обстреле города и содержалось требование сдать город. Так как польские войска продолжали оказывать упорное сопротивление, 26 сентября вечером начался обстрел самого города» [52; 51].