– Законно нас тут всех так перестреляют.

– Но это же тоже люди.

– А у нас погибшие не людьми были? А скольких мы ещё можем спасти ценой какой-нибудь никчёмной жизни?

– Но мы же можем наказать совсем не того…

– Все они там повязаны! Или ты думаешь, там какой-нибудь молодой мужик чист и безгрешен?

– Ну, первого встречного– это тоже как-то…

– Я и не говорю: пошли в аул грохнем кого-нибудь, кто первым под руку подвернётся.

– А что же тогда?

– Допустим, бой закончился, приходим мы в аул, сидит там где-нибудь малый весь ещё в свежем поту, о чём это говорит? Ясно же, хотя и никаких доказательств. Да и они знают за что, это мы только догадываемся.

– Не знаю.

– Тебе и не надо знать, знать должен здесь я. Нам нужна хоть совсем маленькая-премаленькая, но зацепка. Так тоже жить нельзя: в своём же доме прятаться. Правильно я говорю, бойцы?

– Да!– протянули все.

– Вот видите, товарищ старший лейтенант, все же понимают. Не всегда то, что правильно – хорошо, подумайте над этим.

– Подумаю.

Соломин кивнул.

– Всё, всем отбой!

– Ахмед.

– Да.

– Спустись в погреб, принеси вина к ужину.