Глава 51

Он стоял, прижав голову к ржавому ограждению. Этот мужчина был моим отцом, и я легко могла разглядеть в нем того бесприютного парня – слишком похожего на меня, к моему ужасу.

Человек остается чужим, пока мы не узнаем его историю, – эти слова Винсента не шли у меня из головы. Я не могла только взять в толк, как Винченцо, имея такой опыт за спиной, мог меня бросить.

– Но почему он так с тобой обошелся?

Винченцо вздохнул и пожал плечами. Похоже, он до сих пор не изжил в себе ни того отчаяния, ни злобы.

– Он хочет примириться с тобой, – сказала я, не придумав ничего лучшего. Мне хотелось ему помочь.

– Поздно, – ответил Винченцо.

– Но лучше, чем никогда, – возразила я.

Мне хотелось его обнять, но я не могла. Странно демонстрировать почти материнские чувства к биологическому родителю. Кроме того, его презрительная усмешка ясно указывала на бессмысленность любых попыток примирения. Не знаю, кто из нас улыбнулся первым. Во всяком случае, в его иронической усмешке я узнала себя. Его лицо расслабилось.

– Когда вы с Джованни тогда позвонили мне, я повел себя как идиот. Конченый идиот. Просто не хотел впутывать Кармелу во все это.

– Почему? Она же знала о моем существовании.

– Ее это не касается. Ты – часть только моей жизни.

– Нет. Ты не прав.

Его удивила моя категоричность. Я сказала это без обиды, просто констатировала факт.

– Ты совсем как твоя мать, – заметил он. – Прямолинейная до безжалостности.

Я не стала его разуверять. Слишком жива была в теле взрослой женщины маленькая девочка, которой так хотелось к отцу на руки. Но я скорее умерла бы, чем позволила ему об этом узнать. И эту гордость я унаследовала от него, а не от Джульетты.

– Я писал твоей матери. Письма возвращались нераспечатанными.

От неожиданности я вздрогнула.

– Об этом она ничего не рассказывала.

– А ты спрашивала?