– Хремон, вижу ты не жалел ни себя, ни коня.

– Как и ты, царь Леонид. Это была прекрасная гонка.

– Какие новости ты нам принес?

Хремон быстро осмотрелся по сторонам.

– Плохие новости. Фемистокл хочет немедленно тебя видеть.

– В Афинах?

– Нет. В Коринфе. Там соберутся представители всех греческих государств. – Он перешел на шепот. – Царь Персии приближается к Геллеспонту с армией, подобной которой не видел еще ни один человек.

– У него уйдет все лето, чтобы переправиться через него со всеми этими ордами.

– Он навел мосты.

Леонид напрягся от невероятности услышанного.

– Построил мосты через пролив?

– От Абидоса до Сестоса. На этот раз он намерен покорить Грецию, а потом и всю Европу. Наши лазутчики сообщили, что он привел с собой все послушные ему дикие племена.

Леонид посмотрел вверх. День больше не был веселым, голубизна неба стала угрюмой.

Той ночью ко мне пришла Горго и попросила узнать о будущем у богов. Вместе мы отправились в храм Геры, и совместно с жрецом совершили богослужение у алтаря. При свете масляной лампы мы забили ягненка и вспороли ему живот. Жрец погрузил в разрез руки и осторожно достал внутренности, чтобы мы могли их изучить. Царица, завернувшись в темный плащ, наблюдала за нашими действиями, не понимая их сути и ожидая наших интерпретаций.

В конце концов я увидел ускользающую нить предначертанного. Я сказал:

– Открылось мне, что слава царя, твоего мужа, никогда не сотрется из человеческой памяти. И что во всех грядущих веках менестрели будут воспевать твою любовь.

Горго вздохнула. Потом ее глаза остановились на грустном лице жреца.

Это не все? – спросила она.