- Деннер, повитуха, просит принять ее, - сказала Шери.

Наместник встал и махнул рукой.

- Оставьте нас! - рявкнул он.

Шери и все его стражники исчезли. Мы остались одни, неподвижные и безмолвные. Мы просто стояли и молча смотрели друг на друга.

Хотя за минувшие годы Иосиф лишился нескольких зубов и приобрел морщины, он по-прежнему был красив и силен, он всё еще выглядел истинным сыном Рахили.

- Дина! Ну, здравствуй, Ахатти - моя маленькая сестренка, - сказал он на языке нашей юности. - Выходит, ты сумела избежать смерти?

- Да, Иосиф, - кивнула я. - Я жива и удивлена нашей встрече. Но я пришла к тебе лишь по одной-единственной причине, ибо желаю понять, что случилось с моим сыном.

- Твой сын знает, как погиб его отец, и он угрожал убить меня, - пояснил Иосиф. - Ре-мосе считает, что я должен ответить за грехи своих братьев. Того, кто угрожает царскому наместнику, следует казнить. Но, поскольку он твой сын, я всего лишь вышлю его из Фив. Не бойся, твой мальчик не пострадает, - добавил Иосиф. - Я попросил царя отправить его с миссией на север, где ему не придется никому подчиняться. Со временем Ре-мосе полюбит море - это со всеми непременно случается, и он построит для себя жизнь, приправленную соленым воздухом и соленой водой, и он уже не пожелает ничего иного. Ты должна убедить сына принять новое назначение и отказаться от планов мести, - сказал Иосиф. - Ты должна сделать это прямо сейчас, сегодня вечером. Если Ре-мосе поднимет на меня руку, если он снова будет угрожать мне в присутствии стражи, то его уже никто не спасет.

- Сомневаюсь, что сын прислушается ко мне, - грустно произнесла я. - Ре-мосе ненавидит меня, потому что я являюсь причиной всех его несчастий.

- Чепуха, - заявил Иосиф с той неизменной высокомерной уверенностью, которая так раздражала наших братьев. - Мужчины в Египте почитают своих матерей.

- Ты не понимаешь, - возразила я. - Он называл матерью свою бабушку. А я была для него всего лишь кормилицей и нянькой, не более того.

- Нет, Дина, - сказал Иосиф, - твой сын слишком сильно страдает, а потому послушается тебя. Ре-мосе должен поскорее уехать.

Я посмотрела на брата и подумала, что совершенно не знаю этого человека.

- Я сделаю, как ты велишь, господин, - произнесла я тоном примерного слуги. - Но не проси меня, ни о чем другом. Позволь мне оставить это место, оно для меня подобно могиле. Увидеть тебя - это словно вступить в прошлое, где погребена моя печаль. И теперь из-за тебя я теряю всякую надежду на близость с сыном.

Иосиф кивнул.

- Я понимаю, Ахатти. Все будет по-твоему, за одним лишь исключением. Когда моя жена снова встанет на кирпичи, а я уже мечтаю о втором сыне, - ты должна прийти и помочь ей. Тебе не обязательно видеть меня, если только ты сама не захочешь, и тебе хорошо заплатят. Если пожелаешь, вам выделят землю, тебе и твоему плотнику.