У терапевта на эти вопросы ответов не было. Она сочувственно прикоснулась к руке Кэролайн и сказала, что вечером обязательно напишет письмо куда следует, а утром его можно будет забрать в хирургическом отделении больницы.

– Ее так сильно напугал дом отца, – поделилась Кейти, когда мать закрыла дверь за врачом. – Мэри его узнала. Поверь мне, нужно просто выяснить, почему так случилось, и она сразу почувствует себя гораздо лучше.

– А я тебе скажу, – буркнула Кэролайн, – что почувствую себя гораздо лучше, если ты прекратишь играть в детектива-любителя.

– У нее «грустная пустота».

– Что у нее? Ты о чем?

– Так обозначается безнадежное забывание. Это Джек придумал. Она несколько раз произносила эти слова. Они описывают то, как она себя чувствует, когда расстраивается, сама не зная почему. Как думаешь, когда Мэри плачет по ночам, происходит это самое?

– Ты слышала, что я только что сказала? – проговаривая эти слова, Кэролайн как будто сразу же постарела. – Больше всего ей нужен хороший уход. Я думала, что могу тебе доверять, Кейти, а ты бросила ее. Ты солгала мне, убежала на свидание с каким-то парнем и напрочь забыла об ответственности.

– Меня не было всего несколько часов. Я же не знала, что Крис ее туда повезет!

– А ты представь, если бы отец оказался дома! Как это было бы ужасно!

– Так Мэри все-таки там бывала? Приезжала туда?

– Ты не можешь все это прекратить, Кейти? Что на тебя нашло? Я не хочу сейчас об этом говорить.

Кэролайн что-то знала. И выяснить это можно было двумя способами. Первый – расспросить Мэри, но с учетом того, в каком она была состоянии, это исключалось. Второй – спросить у отца. В конце концов, в доме престарелых Мэри упомянула его имя.

– Пошли ему мейл, – сказала Кейти, зайдя в комнату брата, подальше от всевидящих глаз матери. – Пусть встретится с нами.

Крис был в восторге – решил, что Кейти исполняет данное ему слово. А ей больно было смотреть, как брат пишет: «Хочешь встретиться? Я был бы очень рад». Крис добавил целую строчку поцелуев и улыбнулся от уха до уха, нажимая клавишу отправки, будто через пару дней должно было наступить Рождество.

Всего лишь через пятнадцать минут пришел ответ от отца. Он написал, как приятно ему было наконец получить весточку от Криса, что это «сделало его день». Спросил о Кейти. Даже о их матери спросил. А потом поинтересовался, знает ли она, что Крис послал ему сообщение? Если не знает, то стоило бы рассказать.

– Ни за что! – проговорил брат.

Свое письмо отец закончил словами о том, что между ним и мамой отношения непростые, но если Крис ей скажет, что готов к встрече, то, может быть, она наконец согласится. «Мне бы очень хотелось», – добавил он – и тут же все испортил, написав о том, что он «в отпуске во Франции до августа (вот почему дом был заперт), так что давай отложим до конца месяца».