Виталик гордился возлюбленной – Наташа была образцом выдержки. Он рассчитывал, что ее содействие при задержании обязательно отметят. Стажер периодически замечал и взгляды капитана, одобряющего амурный выбор подчиненного. Однако любование женской красотой что дома, что на службе (даже мимолетное) чревато серьезными последствиями. Не женщина на корабле, конечно, но все же…

Глеб насупился и процедил сквозь зубы:

– Я не полезу туда.

Все особо и среагировать не успели. Глеб нанес сокрушительный удар.

Молодчик со всей силы пнул Наташу по голени. Девушка на миг расцепила хватку. Заминки Глебу хватило, чтобы расчехлить складной ножик, который у него не изъяли. Жажда мести и превосходства, а также адреналин смешались в гремучий коктейль – выпитый алкоголь лишь усилил все ингредиенты. Парень возник за спиной у Наташи быстрее, чем полицаи поняли, что преступник вырвался, и достали пушки. Девушка недооценила Глеба. Глаза у Руслана и Андрея округлились, а Рыжий лишь торжествующе улыбнулся.

Наташа хотела, как ее и учили, нейтрализовать противника, но юркий и пластичный юноша с отталкивающей внешностью и диким взглядом больно схватил ее сзади. Даже при таком раскладе она знала, как его вырубить. Пока не почувствовала, как лезвие наточенного ножика прислонилось к ее шее и угрожало без промедления воткнуться в нее. Мышцы по всему телу напряглись до предела – любое непроизвольное движение может стоить ей жизни. Как же неуклюже и беспомощно на ее фоне выглядят мужики.

Бывшая начальница службы безопасности «Хамелеона» не предполагала, что салага способен зайти так далеко. Такие обычно любят острить, а как только доходит до дела, сразу опускаются до ясельных понятий. Глеб опасен и непредсказуем. Его предохранители сорвало раз и навсегда. Он готов пойти на крайние меры и судить всех по собственным законам, на которых он вырос, которым его научили улицы и собратья по воровскому делу.

Глеб крепко удерживал заложницу и ножик возле ее шеи, впившись в ментов горящими яростью глазами. Пистолеты его нисколько не пугали, даже подзадоривали, приятно щекотали нервы. Если и пристрелят, то на районе точно легенды станут слагать, как Глеб не прогнулся и стоял за свои идеалы до последнего. Бешенство застелило глаза – он не боялся последствий, он не почувствует боли от возможного сопротивления. Он улыбался… как ребенок… как психбольной… как садист.

– Дернешься – убью! И без фокусов, поняла?! И вы оба – назад! – Глеб оттащил Наташу на два шага поодаль, не спуская глаз с сотрудников ППС.

Неужели он отныне может повелевать мусорами? Еще чуть-чуть, и он унесется прямиком в нирвану от исполнения собственных желаний – это добавляет сил, задора, тонуса. Очевидно, времени у него не так много – бежать теперь смысла нет, однако месть по горячим следам никто не отменял. Пока имеешь превосходство, нужно реализовывать задуманное, ибо иной возможности может не представиться, а с ней и долгожданного катарсиса.