Их искусство поражает своей причудливостью, каждый художник, пренебрегая правилами, рисует так, как ему нравится, и то, что ему кажется красивым. Их кувшины и чаши полыхают яркими красками, на стенах сосудов как живые плавают удивительные морские звери и рыбы, растут цветы и машут крыльями бабочки – глядя на все это, человек, привыкший к искусству, следующему строгим законам, испытывает беспокойство и думает, что видит сон.

Их постройки невелики и не отличаются мощью, как храмы и дворцы других стран; строя, они думают об удобствах и роскоши, не заботясь о внешнем виде здания. Они любят воздух и чистоту, через большие окна в помещения вливается прохлада, в каждом доме несколько комнат с блестящими ваннами, куда из серебряных труб течет горячая и холодная вода, стоит только повернуть краны. В отхожих местах тоже журча бежит вода, которая все смывает. Подобной роскоши, как в критских домах, я не видел нигде. Так живут не только знатные и богатые люди, но и все горожане, за исключением обитателей гавани, где селятся чужестранцы и простые труженики.

Критские женщины целыми часами моются, выщипывают волосы на теле, ухаживают за кожей, раскрашивают лица и меняют одежды, поэтому никогда не бывают готовы к нужному времени, а приходят в гости когда попало. Они опаздывают даже на царские приемы, и в этом никто не видит ничего дурного. Но самое удивительное – их наряды, вытканные из золотых и серебряных нитей; облегающие одежды женщин скрывают все тело, кроме рук и груди, – и они очень гордятся красивой грудью, а их широкие сборчатые юбки украшены тысячами милых узоров и картинок, разрисованных художниками. У них есть и наряды, созданные из сотен золотистых водорослей, ракушек, бабочек и пальмовых листьев, сквозь которые просвечивает тело; тратя на это целые дни, женщины делают себе искусные высокие прически, украшенные маленькими легкими шапочками, которые приколоты к волосам золотыми булавками и колышутся на голове, словно вылетевшие бабочки. Фигуры женщин изящны, гибки, бедра у них узки, как у юношей, поэтому им трудно рожать, и, не считая это постыдным, они избегают иметь детей или заводят всего одного-двух.

Мужчины носят доходящие до колен сапоги с украшениями, но их набедренные повязки просты, и они туго их затягивают, гордясь узкой талией и широкими плечами. Головы у них маленькие, руки и ноги тонкие, и, подобно женщинам, они не выносят, чтобы на теле были волосы. Очень немногие из мужчин говорят на языках других народов, поскольку критяне довольствуются своей страной и не рвутся в чужие края, где нет таких удобств и развлечений, как у них на родине. Хотя все богатства им приносит море или торговля, я встречал на Крите мужчин, которые никогда не бывали в гавани, потому что там плохо пахнет; встречал и таких, которые не умели ничего сосчитать, полагаясь во всем на своих управляющих. Зато сообразительные чужестранцы могли быстро разбогатеть на Крите, если соглашались жить в порту.