Так разделялся народ Фив, и сын разлучался с отцом, а жена с мужем ради Атона. И как приверженцы Атона носили крест жизни на платье или воротнике, так рог Амона был отличительным знаком его верных, по которому они узнавали друг друга и который носили открыто, благо никто не мог запретить им – ведь рог во все времена был излюбленным украшением одежды! Почему для этой цели они выбрали именно рог, сказать наверняка не могу. Может быть, имелся в виду рог Амонова овна, а может – одно из бесчисленных божественных имен, пишущееся так же, как слово «рог», которое, раскопав в древних речениях, жрецы вытащили на белый свет и дали народу для опознания друг друга. Так или иначе, но носители рога опрокидывали корзины торговцев рыбой, крушили щиты на окнах и нападали на своих противников с кличем: «Прободаем, пропорем Атона рогом!» На что приверженцы Атона ответили тем, что стали носить под платьем ножи, выкованные и заточенные в форме креста жизни. Этими ножами они оборонялись, подбадривая себя криками: «Воистину кресты наши острее рогов! Крест жизни подарит вам вечную жизнь!» И точно, этими ножами они отправили многих в Дом Смерти для приготовления к вечной жизни. Стражники никогда не останавливали их и даже защищали, хотя часто бывало, что целая ватага Атоновых сторонников, «крестов», наваливалась на одного «рога», забивала его и, раздев донага, бросала на улице.

К моему изумлению, власть Атона в Фивах необыкновенно окрепла за прошедший год, и отчего это произошло, я не сразу понял. Одной из причин было возвращение в Фивы многих новопоселенцев, все потерявших, вконец разоренных и озлобленных на жрецов, которых они обвиняли в отравлении хлеба, и на чиновников, потворствовавших тем, кто засорял каналы и пускал скот на поля с посевами. Новопоселенцы в своем отчаянии принесли с собой Атона. Ревностными сторонниками Атона были все, кто выучился новому письму и ходил в Атоновы школы, – молодежь всегда поддерживает то, что наперекор старине. Также рабы и гаванские носильщики, собираясь вместе, говорили:

– Наша мера и так ополовинена, нам терять нечего! И если перед лицом Атона нет ни господ, ни рабов, ни хозяев, ни слуг, то для Амона мы только вечные должники!

Но больше прочих радели об Атоне воры, грабители могил и доносчики; эти последние особенно нажились и теперь очень опасались мести. Вообще все, кто так или иначе зарабатывал на Атоне свой хлеб и не хотел впадать у фараона в немилость, предпочитали держаться за Атона. Так разделялись и враждовали в Фивах, пока наконец самые достойные и миролюбивые люди не пресытились всем этим и не изверились окончательно. С горечью они сокрушались: