5
Пятница, 8 мая 2020 года
Стоял очередной прекрасный день. Сама погода, казалось, насмехается над ней. Она обедала в саду, но слишком подолгу задерживаться там не любила, поскольку Чарли сидел за французским окном и с тоской смотрел на нее, а это разбивало ей сердце. Однако выходить в сад ему она не позволяла – ее ужасала мысль, что он может удрать и никогда не вернуться. Сейчас ей было скучно и одиноко, со всеми кроссвордами и головоломками она разделалась, и больше никаких занятий не осталось. Она ушла в дом, плюхнулась в привычное кресло, поискала пульт от телевизора на журнальном столике, отыскала и включила звук. Чарли явился к ее ногам и смотрел на нее в упор. Его раздирало между обидой за то, что она так долго пробыла на улице, и облегчением, что вернулась к нему. Увидев, что она обустроилась в доме, он решил простить ее, запрыгнул на колени и включил полную программу – взялся урчать, топтаться и выпускать коготки.
Би-би-си показывала разрозненные кадры приглушенного празднования по всей стране. Символика была более чем знакомая: флаги, гирлянды, скатерти и бумажные тарелки – сплошное море красного, белого и синего; королевские регалии и атрибутика; кружки и футболки с девизом военных лет: “Сохраняйте спокойствие и так держать”. Мэри вся эта мишура не очень интересовала, а вот улыбки людей, радовавшихся в кругу семьи, вызвали в ней то же чувство, какое переживал Чарли, стоя у французского окна и глядя на райский мир, куда ему возбраняли вход.
Затем вновь показали студию, и пришло время послушать речь Уинстона Черчилля, произнесенную в День победы, – в точности так же, как ее транслировали по радио в 1945-м. Мэри прибавила громкости. Речь в тот день она вроде бы слышала. Наверняка слушала с родителями. Пробудятся ли какие-нибудь воспоминания?