«Они живы. Живы!»
— Большинство мы уложили, а остальные просто-напросто сбежали, — довольно улыбнулся Дайя.
— А ты как? Смогла вызвать подмогу? — поинтересовались парни, вспомнив про мою особенную миссию.
Я хлопнула себя по лбу. Бестолковая! Пыталась вырваться наружу, а про мобильник напрочь забыла.
— О, какие страсти! — прозвенел рядом голос-колокольчик. Черноволосая красавица всё это время наблюдала за нами и только теперь с грохотом спрыгнула со второго этажа.
Улыбка Смэшей мигом погасла, и братья сразу же встали в боевые стойки, вновь прикрыв меня за своими спинами.
— Удивлена, что вы остались живы, — бросила девушка и хмыкнула, с ненавистью прожигая меня взором.
— Не смей даже трогать Ангелину, — предупредил ее Дая, проследив за взглядом десмода.
— Подумаешь… неженка, — рассмеялась Девилла и продемонстрировала пропитанные ядом ладони. — Уже потрогала и ничего…
Этот невинный на первый взгляд ответ вызвал целую бурю эмоций у моих друзей.
— Ты к ней прикасалась! — с ненавистью и горечью вскрикнул Винни.
— Как ты себя чувствуешь? — со страхом спросил Дая, стиснув зубы, точно пытался вытерпеть невозможную боль.
— Я не знаю… вроде бы ничего, — неуверенно пробормотала я, посмотрев на собственные руки. Они были в грязи и ссадинах, поэтому сложно было даже сказать, изменилось ли что-нибудь.
Девушка громко захохотала, довольная реакцией парней.
— Да как ты могла! — взревел Винь и первым набросился на девушку.
Она хотела отпрыгнуть, но южанин оказался проворней: парень схватил ее за ногу и отшвырнул в сторону. Эта сцена шокировала бы любого: показалось, что после такого череп незнакомки мигом расколется и ей уже не выжить. Но я как всегда ошибалась: хищница, переполненная злостью, стала неуязвимой — на лету она сгруппировалась как кошка и приземлилась на обе ноги, грациозно тряхнула головой и приготовилась к нападению.
— На кого ты меня променял, а, Винни! Ненавижу тебя!
— Да и ты уже не та Девилла, которую я знал!
Эта дикая пара опять собиралась вцепиться, если бы их бой не прервал мужской голос, донесшийся из самой глуби цеха:
— Девилла! Это что за безобразие!