Ты, наверное, уже получил свою долю из денег Секста Помпея с моим сопроводительным письмом. В заключение я хочу сказать тебе, что эта огромная сумма денег в монетах Республики аннулирует мое обязательство послать тебе двадцать тысяч солдат. Конечно, ты можешь приехать в Италию и навербовать их, но у меня нет ни времени, ни желания делать за тебя грязную работу. Я только отобрал две тысячи самых лучших солдат, желающих служить у тебя на Востоке, и скоро пришлю их морем в Афины. Как я сам убедился, семьдесят из твоих военных галер уже сгнили и обросли ракушками. Я подарю тебе семьдесят новых «пятерок» из моего собственного флота, а также несколько единиц отличной артиллерии и осадных машин, чтобы возместить то, что ты потерял в Мидии. За кампанию против Секста Помпея триумфов не было, поскольку он римлянин. Однако я высоко ценю заслуги Марка Агриппы, который показал себя блестящим адмиралом и сухопутным военачальником. Луций Корнифиций, младший консул в этом году, тоже показал себя храбрым и умным командиром, как и Сабин, Статилий Тавр и Мессала Корвин. На Сицилии сейчас мир, она теперь навсегда отдана Марку Агриппе, единственному, у кого остался в распоряжении латифундий прежних размеров. Тавр уехал управлять провинцией Африка. Я плыл с ним до Утики и наблюдал начало его срока. Могу уверить тебя, что он не превысит своих полномочий. На самом деле никто не превысит своих полномочий, ни консулы, ни преторы, ни губернаторы, ни младшие магистраты. И я предупредил легионы Рима, чтобы больше не ждали больших премий. В дальнейшем они будут сражаться за Рим, а не за конкретного человека.

И так далее, и тому подобное. Закончив читать длинный свиток, Антоний бросил его Клеопатре.

— Вот, почитай это! — раздраженно сказал он. — Щенок возомнил себя волком, и при этом еще вожаком стаи.

Затратив на чтение значительно меньше времени, чем потребовалось Антонию, она положила письмо — ее пальцы немного дрожали — и посмотрела на Антония. Нехорошо, нехорошо! Пока Антоний терпел крах на Востоке, Октавиан побеждал на Западе. И никаких полумер. Полная и оглушительная победа, которая наполнила казну, а это означало, что у Октавиана есть деньги на вооружение и обучение новых легионов и на содержание флота.

— Он терпелив, — был ее комментарий. — Очень терпелив. Он ждал шесть лет, чтобы сделать это, а когда он все-таки сделал это, победа была всеобъемлющей. Я думаю, этот Марк Агриппа необычный человек.

— Октавиан и он как одно целое, — проворчал Антоний.

— Ходят слухи, что они любовники.

— Это меня не удивило бы, — пожал плечами Антоний и взял следующее письмо, намного короче. — От Фурния, из провинции Азия.