Ветерок обещал автору этой книги откровенно рассказать о «командировке» в Сирию и взаимоотношениях с КГБ после суда, когда он уже будет в безопасности. Но расчеты боевика не оправдались. 10 июля его неожиданно приговорили к 2 годам колонии общего режима, Шевченко взяли под стражу в зале суда. Болтливость «ополченца» в итоге стоила ему свободы.

Наивно полагать, что эти точечные приговоры свидетельствуют о каких-то сдвигах в политике Минска относительно боевиков ЛНР и ДНР». «Ополченцы» попадали в тюрьму и в самой России — в основном за нелегальный оборот оружия и наркотиков[138]. Известна и совсем уж абсурдная история: житель Владивостока Алексей Филиппов[139], который стал шпионом группировки ДНР на подконтрольной Киеву территории Украины, в России в итоге отсидел за «украинский экстремизм». И в случае России, и в случае Беларуси можно однозначно утверждать: систему характеризует не наличие нескольких уголовных дел против боевиков, а полное попустительство спецслужб в отношении всех остальных участников НВФ.

x x x

Когда в беларуских СМИ появились первые публикации об участии беларусов в войне, в экспертном сообществе и среди журналистов, занимающихся темой, начали распространяться слухи: боевиков в Беларуси сажают по «бытовым» статьям, чтобы не вызывать негативной реакции у России. «Самые отмороженные уже давно получили сроки», — делился с нами один коллега. Но после наших встреч в Беларуси с боевиками, которые открыто признавали свою причастность к убийствам десятков украинцев, в подобную версию сложно поверить. Не исключено, что эти слухи распространялись сознательно с целью обелить силовые структуры в глазах общественности.

Единственным известным нам случаем преследования боевика по «бытовой» статье стала история жителя Бобруйска Дмитрия Макаревича, осужденного в ноябре 2018 года за пьяную драку. Незадолго до событий на Донбассе Макаревич демобилизовался со срочной службы в элитной 5-й бригаде спецназа в Марьиной Горке. На войну приехал осенью 2014-го. Боевику дали позывной «Макар» и определили в разведроту «Спарты». Там он пробыл два года, пока не получил ранение в ногу в бою под Песками в декабре 2016-го. Несколько месяцев он находился на реабилитации в Ростове, затем перебрался в Москву, а в апреле 2018-го вернулся в Беларусь, чтобы заменить паспорт с истекшим сроком годности. «Сын не то чтобы сильно пьяный был. Просто за друга вступился, подрался с одним человеком. Я думала, условный срок дадут, а ему дали полтора года колонии», — рассказала нам мать Макаревича. Она утверждает, что сын не воевал, а жил на Донбассе мирной жизнью с семьей. Однако это неправда: Макаревич сам выкладывал в соцсети свои фото в форме с шевроном «Спарты» и с оружием в руках. Его принадлежность к «Спарте» подтверждают сослуживцы. По словам матери, по окончании срока Дмитрий останется жить в Беларуси.