По стене скользнул солнечный зайчик и пошел плясать по краскам. Наверное, какой-нибудь мальчишка баловался зеркальцем на противоположном балконе.

– Намазюкал, аж глаза ломит, товарищ старший лейтенант, – сказал сержант.

– Ну, пошли, художник, – сказал старший лейтенант.

– А как я родителям сообщу?

– Раньше нужно было о родителях думать, молодой человек.

Кошмарики, пропало ваше чадо…

11

11

В камере я положил в угол свой пиджачок под голову и прилег. Хорошо, что пиджачок прихватил с собой на всякий случай.

Лезли в голову мысли. Самые разные, самые несуразные.

Подвальчик темненький, прохладненький подвальчик, а наверху жара. Играют двое в карты. Странно, у них карты не отобрали, не обыскали. Пьяный спит. Обстановочка, новая обстановочка. Никто на меня внимания не обращает, и то хорошо.

Встал, потянулся. Надоело лежать.

Те двое кончили игру, один мне говорит:

– Не надо.

– Чего не надо?

– Здоровье теряешь, брат, здоровье теряешь…

– Как это?

– Факт тебе говорят: когда тянешься – все здоровье уходит. Нужно хлопнуть себя по груди. Хлопни, брат, себя по груди.

Он хлопнул себя по груди кулаком, и я хлопнул.

– Вот так. Здоровья не теряй.