– Я буду тревожиться, Тигги. Но, что бы ни случилось, надеюсь, вы вскоре появитесь в Киннаирде хотя бы для того, чтобы попрощаться с ним.

Вот он поднялся со своего места, а я почувствовала, как у меня от этих последних слов Чарли на глаза навернулись слезы.

– Я приеду, – ответила я коротко.

– И простите меня за вчерашнее. Это вообще-то не мой стиль поведения. Если честно, то за последние семнадцать лет я не целовал других женщин, кроме своей жены. А потому считаю свое поведение крайне неподобающим. Надеюсь, я не обидел вас, особенно если вспомнить, что я сам говорил про Зеда и про его повадки.

– Вы ничуть меня не обидели, Чарли, – поспешила я успокоить его. Будет ведь ужасно, подумала я, если он решит, что его ухаживания мне совсем не нужны. Еще как нужны!

Мы вернулись в отель молча. Чарли подхватил сумку со своими вещами, стоявшую на террасе.

И в этот же момент перед нами возникла Ангелина, материализовавшись буквально из воздуха.

– Вот пришла попрощаться с вами, мистер Чарли. Приезжайте к нам снова, поговорим еще. – Она слегка подалась вперед и расцеловала Чарли в обе щеки.

– Обязательно приеду!

– Да, и вот еще что! Хочу, чтобы вы знали, что она, – Ангелина указала на меня, – это ответ на все ваши проблемы. Пока-пока!

Мы с Чарли озадаченно переглянулись, а Ангелина уже сошла с террасы и исчезла так же стремительно, как и появилась.

– Хорошо. Тогда еще раз прошу вас, будьте со мной на связи, чтобы я знал о вашем самочувствии, ладно?

– Буду держать вас в курсе, – заверила я его, а к нам уже спешила Марселла.

– Ну что, готовы, Чарли? Сейчас я прокачу вас с ветерком! – пообещала она, издав при этом короткий смешок.

– Жду с нетерпением, – пошутил в ответ Чарли, бросив выразительный взгляд в мою сторону, и заторопился за хозяйкой гостиницы. – До свидания, Тигги.

Когда они уехали, я налила себе воды и с жадностью выпила ее, размышляя о том, что бедняжка Ульрика, как ни странно, имеет все основания не сильно доверять своему мужу. Все же Чарли обладает каким-то особым магнетизмом, который моментально притягивает к себе всех женщин, оказывающихся рядом с ним. Но сам он, судя по всему, даже и не догадывается о своих смертоносных чарах.

– И наверное, в этом заключается все обаяние его личности, – промолвила я негромко, обращаясь к самой себе, и, выйдя из отеля, направилась по дорожке вниз проведать молодую маму и ее дитя.

Алли я застала на улице. Она сидела на стуле возле пещеры Пепе и Ангелины, держа на руках спящего Бэра. Легкие круги под глазами явно выдавали бессонную ночь, первую ночь рядом с малышом, наполненную беспрерывной чередой кормлений, но при этом глаза сестры светились счастьем, и вся она источала удовлетворение и покой.