В заключительном слове член-корр. АН СССР А.Д. Удальцов отметил, что книга А.Н. Бернштама «Очерки по истории гуннов» содержит настолько серьёзные ошибки и извращения, что выход её в свет дискредитирует нашу науку. Нужно отвергнуть мнение, высказанное М.И. Артамоновым при обсуждении книги А.Н. Бернштама в Ленинграде, о том, что вопросы, затронутые автором, дискуссионны и что можно рассчитывать на продолжение дискуссии по этим вопросам в дальнейшем. Было бы странно открывать дискуссию в защиту тех взглядов, которые высказал Бернштам, в то время как для всех ясна порочность его книги о гуннах. Только безответственностью автора, редактора и рецензентов можно объяснить появление в свет книги, содержащей серьёзные политические ошибки. Автор ни на шаг не подвинул вперед разработку гуннского вопроса па основе марксистско-ленинской методологии, а наоборот, оказался в хвосте буржуазной историографии, отстаивая вредные и ошибочные взгляды, давно отвергнутые советской наукой.

В своей резолюции Учёный совет ИИМК отметил, что новые идейно-теоретические срывы и ошибки, совершённые Бернштамом, не случайны, так как известно, что в прошлом он был одним из убеждённых последователей Марра и его «нового учения» о языке. Даже после выхода в свет гениальных трудов товарища Сталина «Марксизм и вопросы языкознания», с предельной ясностью обнаживших всю порочность яфетической «теории» Марра, Бернштам на заседании Учёного совета ЛОИИМК ратовал за сохранение части «марровского наследства». Несмотря на наличие в своих старых работах грубейших ошибок марровского толка (о классовости языка, о стадиальности, о скрещении этнических элементов и пр.), во всех своих последующих публичных выступлениях и в ряде подготовленных к печати статей, посвящённых тюркскому этногенезу и «критике» яфетической теории, Бернштам не показал, что он подлинно самокритически и до конца осознал свои ошибки и заблуждения, связанные с не преодоленным им ещё влиянием марровщины.

Никакого урока для себя не извлёк Бернштам и из двухдневного критического обсуждения его книги «Очерки по истории гуннов», состоявшегося на совместном расширенном заседании сектора Средней Азии и Кавказа ИИМК и кафедры археологии ЛГУ в декабре 1951 г. Судя по выступлению Бернштама на этом заседании, автор склонен отстаивать правильность своих тезисов и считать необходимым дальнейшее обсуждение гуннского вопроса. Учёный совет ИИМК АН СССР осудил неправильную позицию Бернштама и предложил ему в самое ближайшее время подготовить выступление в печати с подробным анализом и критикой своих собственных ошибок марровского толка; написать по гуннскому вопросу статьи, отражающие отношение автора к критическим высказываниям, сделанным при обсуждении его книги о гуннах. Необходимо, чтобы Бернштам проявлял больше чувства ответственности перед читателями при использовании в своей научной работе разнообразных исторических источников.