В результате многие страны начали воспринимать Китай как угрозу или врага, глобализация пошла вспять, «войны» усилились. Вначале это были торговые и экономические схватки, затем они переросли в технологические и геополитические, а совсем недавно — в войну капиталов. Пока все выглядит спокойнее, чем могло бы быть, но стоит внимательно наблюдать за развитием ситуации. Со временем возникнет баланс между силой страны, которая существует в реальности, и той, которую мы замечаем. И реальная существующая сила отражается в шкалах и других фактах, которые я изучаю в качестве ориентира.

Китай продолжал внутренний рост, а также расширение инвестиций и деловой активности за пределами своих границ. Он активно вкладывал средства в развивающийся мир, в основном через инициативу «Один пояс и один путь». Эта инициатива охватывает всю Центральную Азию начиная с граничащих с Китаем стран (Казахстан, Пакистан, Таджикистан и Афганистан) и доходя до Европы, а также по всему Аравийскому полуострову и Южной Азии до Средиземноморья и Африки. Суммы, уже инвестированные и намеченные к инвестированию, огромны: это крупнейшая программа такого рода со времен Плана Маршалла. И это наглядно подтверждает тезис о том, что богатство приравнивается к силе. Хотя эти шаги были по достоинству оценены странами, которые получили немало пользы от развития дорог и другой инфраструктуры, ресурсов и торговли, ряд стран — получателей помощи выражают недовольство. У них есть проблемы с возвратом долгов, и они полагают, что Китай контролирует эти вопросы слишком жестко. Недовольство есть и у США, поскольку американцы считают, что «мягкая сила» Китая снижает американское влияние в этих странах.