Кроме того, многие иммигранты не были англичанами. Около 30 % прибыло из Германии, Шотландии и Ирландии; примерно пятая часть имела славянское и американское происхождение. Конфессиональный состав также отличался многообразием: было много католиков, пресвитериан, лютеран, меннонитов, квакеров, а также англиканцев. При такой национальной, этнической и религиозной пестроте Британии гораздо труднее было добиваться лояльности от своих колоний.
Экономические перемены также способствовали движению за независимость. Британия придерживалась меркантилистской политики по отношению к колониям. Другими словами, колонии существовали только для того, чтобы служить экономическим интересам Британии, обеспечивая ее недостающим сырьем в обмен на товары, произведенные в метрополии. Такая политика отрицала любую конкуренцию, и в 1651 г. парламент постановил, что только английские корабли могут заниматься торговлей в английских колониях. Сложение в XVIII в. динамичной сельскохозяйственной и коммерческой экономики в колониях подрывало британский меркантилизм. В 1750-х гг. колониальное хозяйство уже сильно зависело от торговли и с другими странами.
Растущее недовольство
В течение длительного периода Британия не замечала растущей экономической независимости колоний; она не следила за соблюдением своих меркантилистских законов, поскольку колонии продолжали обогащать метрополию. Однако франко-индейская война 1754–1763 гг. (см. с. 386) обременила Британию тяжелыми долгами. Правительство искало способы увеличения поступающих из колоний доходов, а также более жесткого их контролирования. На колонистов вскоре обрушился неиссякаемый поток новых законов. Королевская Прокламация (1763) ограничивала колониальную экспансию до линии к востоку от Аппалачских гор; причиной был страх Британии перед возникновением новых и дорогостоящих конфликтов с местными племенами. Сахарный акт (1764) вводил пошлины на ввозимый в Британскую империю сахар. Квартирьерский акт (1765) обязывал колонии обеспечивать жильем и поставками британские войска. Акт о гербовом сборе (1765) впервые ввел налог, напрямую поступавший в британскую казну.
Эти меры встретили большое недовольство колонистов, особенно закон о гербовом сборе, который вызвал мятежи и широко распространенные акты гражданского неповиновения. После того как колонии объединились, чтобы потребовать его отзыва, Акт о гербовом сборе был заменен Актами Тауншенда, которые накладывали пошлину, или непрямой налог, на определенные товары, например стекло, свинец, бумагу и чай. В знак протеста американцы отказались покупать британские товары. Напряжение нарастало, и группа колонистов напала на английские корабли в бостонской гавани и сбросила за борт находившийся на них груз чая. Британия наказала колонии за так называемое бостонские чаепитие серией законов, известных в Америке как «Невыносимые акты» (1774). Один закрывал бостонский порт до тех пор, пока не будет заплачено за потерянный чай. Другой уменьшал власть законодательного органа Массачусетса и вручал дополнительные полномочия назначенному Британией губернатору колонии. В ответ представители 12 колоний собрались на Первый Континентальный конгресс, на котором они проголосовали за прерывание торговли с Британией, если некоторые законы и налоги не будут отменены.