И начал дивиться,

А за клиросом священник

Стал кричать, сердиться.

Я услышал эту ругань

И себя утешил:

«Исповедуюсь, пожалуй,

Видно, очень грешен».

Вот упал я на колени,

Поп сказал мне строго:

— Кайся, сын мой, чем ты грешен,

Чем обидел бога?

— Да, обидел, — отвечаю, —

Тяжкими грехами:

Как-то я пришел к вам, отче,

С добрыми словами,

Одолжить хотел я хлеба —

Вы же им богаты.

Может, помните — то было

Перед самой жатвой.

Я пришел к вам и тихонько