С развитием массового антикрепостнического движения крестьян активизировали свою реакционную деятельность не только светские, но и церковные феодалы. Православная церковь, выполняя роль служанки царя и помещиков, всеми доступными ей средствами помогала в те тяжелые для трудящихся России, Украины и Белоруссии времена их закрепощению и порабощению, а государство, в свою очередь, всячески поддерживало церковь. Так, в собрании законов крепостнического русского государства, принятом в 1649 г. под названием «Соборное Уложение», была посвящена специальная глава охране материальных и правовых интересов духовенства и борьбе с «богохульниками» и «мятежниками».

Этот закон усилил борьбу с нараставшим безбожием, с острым сатирическим обличением «несправедливого и беспомощного» бога и ненавистного народу духовенства.

Несмотря на жестокие репрессии и гонения, народный сатирический смех над библейскими сказками о боге и черте, о святых и грешниках, о богослужении и богослужителях раздавался все громче и внушительней по мере роста классового сознания народа. В условиях разгоравшейся массовой антикрепостнической и национально-освободительной борьбы передовая часть народа начинала понимать, что виновником его бесправного, бедственного положения является не нечистая сила, а эксплуатация и угнетение, что, следовательно, выходом из этого тяжелого положения являются не заговор и молитва, а классовая борьба, восстания. Передовые труженики, идя в повстанческие отряды Болотникова, Разина, Пугачева, в сотни запорожского казачества, своими видавшими виды крестьянскими топорами и казацкими шашками замахивались не только на помещиков-крепостни- ков, но и на духовенство и самого господа бога. Именно в этом нужно искать общественно-исторические корни усиленно развивавшегося в XVII–XVIII веках народного безверия.

Эти общественно-исторические обстоятельства сильно содействовали росту и распространению не только антипоповского, но и антирелигиозного творчества восточнославянских народов. Причем, важно отметить, что, начиная с этого времени, все больше и больше антипоповское творчество выражало не только неприязнь к духовенству и официальной церкви, но и зревшую у передовой части народа ненависть и недоверие к библейским сказкам о боге и святых.

Несмотря на преследования и усиливавшиеся репрессии против антиклерикального и антирелигиозного устного народного творчества, оно все же не поддавалось контролю духовенства и самодержавия и распространялось и развивалось среди народных масс, подвергаясь довольно часто творческим литературным переделкам со стороны демократических писателей.