Спустя 45 лет после плавания Р. Ченслора этот текст был напечатан Р. Хаклюйтом в первом томе второго издания его знаменитого собрания, озаглавленного «Главные мореплавания, путешествия, торговля и открытия Английского народа, совершенные на море или на земле в самых отдаленных и великих расстояниях и частях земли в разное время, в продолжение 600 лет…».
В первое издание «Главных мореплаваний…» рассказ Оттара не вошел; по-видимому, его обнародование казалось издателю преждевременным. Ведь поиски северо-восточного прохода англичане продолжали и позднее, в течение всей второй половины XVI века и даже в начале XVII века, когда, казалось бы, они уже должны были удостовериться в тщете этих попыток.
3
Сейчас трудно сказать, насколько были обескуражены английские предприниматели, обнаружив на месте богатой древней Биармии бедную и редко населенную северную страну, далекую провинцию Московии. Ведь это тоже был путь на Восток! Европейские купцы с трудом открывали для себя двери России. После татаро-монгольского нашествия и двух с лишним веков золотоордынского ига между Восточной и Западной Европой возникло множество барьеров — вероисповедные, мировоззренческие, государственные, языковые… Опрокинуть их было нельзя. Они только чуть отодвигались, пропуская одних купцов и дипломатов, и наглухо захлопывались перед другими. Ко времени появления англичан в устье Северной Двины образованная Европа знала о Московии по запискам И. Барбаро и А. Контарини, по сочинению «О двух Сарматиях» Матвея из Мехова, обстоятельным «Запискам о Московитских делах» Сигизмунда Герберштейна, выдержавшим несколько изданий, и по небольшой, но ценной книжечке Павла Иовия, который записал не всегда правдивые рассказы о России Дмитрия Герасимова, переводчика при московском посольстве в Риме. Были и другие европейцы, благополучно вернувшиеся из поездок в «полуночную Татарию».
Открытие Северного морского пути сделало Россию независимой в отношениях с западноевропейскими государствами.
Для англичан и чуть позже голландцев это был, что называется, выигрышный билет, которым обе нации поспешили воспользоваться, захватив в свои руки львиную часть внешней торговли России и выговорив себе право транзитной торговли с Персией и государствами Средней Азии. В результате через каких-нибудь двадцать-тридцать лет на месте нынешнего Архангельска, в Холмогорах, Вологде, Ярославле, Москве, в Нижнем Новгороде и в завоеванных к тому времени Казани и Астрахани возникли подворья английских и голландских купцов и их представителей, ожививших торговый оборот внутри страны и давших ему новое направление.