– О, старик, старик! Ты ведь и не знаешь, что я давно уже поджидаю тебя.
– А что? Случилось разве что-нибудь?
– Нет, все благополучно. Я приготовила тебе гостинец. Доволен будешь, когда покажу.
– Вот как! Ты очень внимательна, – сказал старик и, вымыв себе ноги, вошел в дом.
Старуха, с трудом обхватывая персик, поднесла его старику.
– Вот полюбуйся, – сказала она.
Увидев его, старик был поражен:
– Вот так персик! Где же ты купила такую штуку?
– Что? Я совсем не покупала его. – И старуха подробно рассказала все как было.
Слушая ее, старик все более и более удивлялся:
– Ну благодарю. А кстати, я проголодался. Давай-ка поскорее закусим персиком.
С этими словами он принес из кухни большой нож и, положив персик на лоток, совсем уже собрался разрезать его пополам. Только что хотел он сделать это, как вдруг – неслыханное дело! – изнутри персика раздался нежный детский голос:
– Подожди немного, старик!
В тот же момент персик с треском разделился на две половины, и оттуда неожиданно выскочил совсем еще младенец, мальчик.
Как тут не испугаться. Старик и старуха перетрусили насмерть и, ахнувши, запрокинулись назад.
Мальчик стал их успокаивать:
– Не пугайтесь, не пугайтесь. Я вовсе не страшное чудовище. Я спустился сюда по велению небесных богов. Вы оба горевали о том, что у вас до сих пор нет детей; боги прониклись жалостью и пожаловали вам меня. Примите меня как своего ребенка и воспитывайте.
Вот что говорил он им чистым звонким голосом. Как было не обрадоваться старику и старухе, когда они услышали это? Уже давно горевали они о том, что они стары, а детей у них все нет; и вот совершенно неожиданно небо дарует им такого прекрасного ребенка. Какая неописуемая радость! Они не знали, что им делать, хлопать ли в ладоши, танцевать ли, и чуть с ума не сходили от радости. Старики стали воспитывать этого ребенка, которому дали имя Момотаро[1], так как он вышел из персика, и нежно любили его, как любят бабочек, как можно любить цветы. Идут дни за днями, месяцы за месяцами; летит быстрокрылое время, и вот Момотаро исполнилось пятнадцать лет.
Как у ниспосланного небом, у него не могло быть, конечно, недостатков, ни телесных, ни духовных. Телом он был красив, духом мужествен, кроме того, он обладал громадной физической силой – одним словом, это был богатырь, превосходивший всех и ставший уже сильным, красивым и доблестным мужчиной. Старик и старуха не могли нарадоваться.
Однажды Момотаро обратился к старику: